Зато на кой-то черт нумеровали обломки машины, хотя смысла в этом было очень немного…
ДБКшник с коротким «UMP» на груди сунулся к людям, перелезающим полицейское заграждение, но, увидев значки с американским флагом, осадил назад. Американцы есть американцы, лучше не лезть…
По пятнам и другим следам Козак определил конечную точку траектории повреждения машины, затем, пройдя дальше по дороге, установил и начальную. Примерно, но иначе не установишь.
– Есть на что снять? – спросил он.
Кудроу протянул свой IPhone.
Козак начал снимать, затем осмотрелся по сторонам, посмотрел на стоящую вдалеке машину. Стреляли спереди…
– Спереди… – пробормотал он.
Откуда? Откуда могли стрелять? Прошлый раз все было понятно – высотка, отличная позиция. А что в этот раз?
Никаких доминирующих точек. С крыши одного из домов? Скорее всего нет, на линии огня много помех, деревья. Остается только одно – с моста. Но как?!
И как снайпер вообще вышел на цель? Откуда он узнал, куда поедет кортеж?
– Мы знаем, откуда ехал этот человек? Как, кстати, его звали?
– Будрайтис.
Янис Будрайтис, – ответил Кудроу, – он ехал из представительства.
– Ночью?
– Мы работаем не только днем.
– Встреча была заранее запланирована?
Кудроу помялся, но ответил:
– Нет.
Это было очень плохо. Очень. Помимо прочего, это могло значить, что кто-то в посольстве сообщил о выезде цели снайперу или тому, кто его контролирует.
– Вы знали, куда он поедет после посольства?
– Нет.
"
"Подошел человек в гражданском, усталые глаза… Дюбуа назвал бы их «собачьи». Поинтересовался:
– Вы что здесь делаете? Кто вас пустил?
– Посольство США, – быстро ответил Кудроу.
Человек поморщился:
– Американских граждан среди погибших нет.
– Мы должны проверить…
– Послушайте, – сказал Козак по-русски, – как вас зовут?
Человек настороженно посмотрел на него.
– Зинченко.
– Господин Зинченко, я – следователь ФБР. Я ни в коем случае не хочу вмешиваться в расследование либо принижать ваши профессиональные качества, но погибший вез важные бумаги из посольства.
Мне надо ознакомиться с машиной…
Зинченко пожал плечами. Он был усталым, много повидавшим и, наверное, перегоревшим профессионалом. Но ничего лучшего не было.
– Идите. Смотрите…
Осмотр машины занял какое-то время, но опытный, многое повидавший морской пехотинец Козак теперь точно знал примерную траекторию полета пуль.
