Судя по походке, если он и был пьян, то несильно.
Козак пропустил его мимо машины… теперь он в чем-то был уверен. Не началось движение, не подъехал большой белый фургон местной прачечной. В общем, никаких признаков того, что Охрименко находится под контролем или под наблюдением. Это могло быть и хорошо, и плохо. Хорошо, если те, кто играет здесь в игры, действительно отстают от него и не ожидают от него этого хода. Плохо, если этот старый, опустившийся пьяница навешал ему лапши на уши, а он поверил.
Охрименко ковылял дальше, к дороге.
Козак выждал какое-то время, затем вышел из машины и догнал бывшего снайпера.
– Охрименко…
– Есть одна вещь, о которой мы не поговорили, Охрименко… – сказал Козак, прислонившись спиной к ограждению набережной.
– Вещь? – настороженно сказал бывший снайпер.
– Да. Точнее – событие. Вы были в зоне боевых действий на Донбассе, верно?
…
– Я не собираюсь вас ни в чем обвинять. Просто хочу спросить. Как специалиста.
– О чем?
Вместо ответа Козак достал пять стодолларовых бумажек.
Если он так будет разбрасываться деньгами…
– В дорогу.
Импровизируй. Всегда будь неожиданным для собеседника.
– …расскажите мне про украинских снайперов.
– Что рассказать?
Козак отделил стодолларовую бумажку и протянул Охрименко. Тот, поколебавшись, взял и сунул в карман.
– Какое оружие у вас было? С чем воевали вы?
– «СВД». «Мосинка». Потом были «Маяки», но немного.
– «Маяки» – что такое?
– Винтовки «Маяк». Триста восьмые, но качество не очень. Еще были пять и сорок пять.
Как ваши – только с длинным стволом. «М16».
– Да, понимаю. «Маяк» был с болтовым затвором?
– Болтовым?
Козак показал руками.
– Да, такие.
– Но больше было «СВД», верно?
– Да. Почти у всех «СВД». Да.
Козак дал вторую стодолларовую бумажку.
– А как насчет крупнокалиберных? Двенадцать и семь.
– Такие были, – уверенно сказал Охрименко, – но с ними были проблемы.
– Какие?
– Не было патронов.
– Не было совсем?
– Почти не было. Винтовки были американского калибра. Их закупили… или передали бесплатно, но патронов к ним не было.
– Охрименко мрачно усмехнулся. – Волонтеры не могли нам привезти патроны, а государство почти не закупало их для нас. Гораздо лучше были русские винтовки – у них такой же патрон, как у крупнокалиберного пулемета, если не привезли снайперские, ты все равно стреляешь. Русские винтовки. Они и точнее, чем «барретт». У нас под самый конец была одна такая… Мы выменяли ее у спецназа, дали два отжатых джипа за нее.
