Как я мог позволить этой едва ползающей безмозглой нечисти меня задеть? И что у них на когтях такое, что мой дракон весь извелся, но никак не может заживить рану?
Хуже всего смотреть в сочувствующие глаза Тиоллы и постоянно ловить себя на мысли, что это может быть чистым притворством. Хотя после того, как я нашел цветок, который она случайно обронила в гостиной, я уже ни в чем не уверен.
Распустившийся, наполненный светом, один из самых ярких среди тех, что я когда-либо видел. А ведь я точно видел, что, когда Тиолла танцевала, цветок был закрыт.
И у этого не может быть никаких других трактовок, кроме самой что ни на есть четкой — боги уже благословили нас. Как? Почему? Особенно учитывая, что Тиолла уже замужем и родила наследника другому.
Может ли это быть такой извращенной шуткой богов, что та, что использовала меня и поставила под угрозу пару сотен невинных жизней, является моей парой?
Или же все сложнее, чем я вижу?
Но тогда это означает, что я просто-напросто слеп и глуп. Допустить сейчас эту мысль — значит признать свою ошибку и то, что я ни на грамм не разобрался в произошедшем, а тот день был разыгран по чьему-то отвратительному и жестокому сценарию.
И вариантов на роль сценариста не так уж и много.
— Значит, ты здесь из-за него, — киваю я на дальний столик в самом дальнем углу."
"— Да, мой господин, — еле слышно отвечает капитан. — Он прибыл вчера, встречался с тремя неизвестными и больше никуда не выходил.
Усмехаюсь всей этой совершенно несмешной ситуации: надо же было такому случиться! Я умудрился притащить Тиоллу в эту гребаную таверну именно тогда, когда здесь же поселился ее муж.
Боги смеются надо мной!
Раздражение прорывается сквозь попытку держать себя в руках: чувствую, как гнется жестяная кружка, сжимаемая ладонью, как похрустывает металл.. Демонская рана, мне теперь что, только кулаками махать?
Закрыв глаза, проверяю, на что я могу рассчитывать в случае чего. На мальчишку ушла львиная доля моего резерва силы. Дракон у него оказался не из слабых, подчиняться не сразу захотел.
Вон даже почти сбежал.
Я должен был предположить, что за сутки дракон в мальчике уже окреп и захочет сбежать и спрятаться. Но не предугадал, и теперь на Тиолле красуется несколько синяков и ссадин. И это только те раны, что я видел, но, судя по дырам в платье на ее плечах, их гораздо больше.
Не смог удержаться и, уходя сюда, наложил целительное плетение. К счастью, даже не зачерпнув из резерва слишком много. Что-то еще осталось.
