Ник сидит передо мной и, едва касаясь кончиками пальцев, выписывая ими сложные узоры, снова проводит от щиколотки к колену. Его взгляд внимательно следит за этим движением, заставляя меня всю покрываться мурашками.
Судорожно вздыхаю. То ли от того, как контрастирует это нежное, аккуратное прикосновение с поведением Ника, то ли от того, что осознаю, что я все неправильно поняла.
Сталкиваюсь с потемневшим взглядом Николаса и начинаю сомневаться, но он хмурится, ставит мою ногу обратно и поднимается."
"— Теперь ты не сможешь сбежать и рассказать ничего из того, что узнаешь тут, — говорит он.
— Служанка придет за тобой и проводит в твою новую комнату. А сейчас все же позавтракай.
Мужчина делает едва уловимое движение пальцами, и над тарелкой начинает подниматься пар.
За мной приходит прямая как палка и такая же худая женщина лет пятидесяти в идеально накрахмаленной юбке и с абсолютно гладким пучком на голове. Она чуть брезгливо осматривает меня с ног до головы, останавливаясь на босых ногах и растрепанных волосах.
Я растерянно пытаюсь расправить платье и поправить косу, но это только усиливает пренебрежение во взгляде женщины.
— Меня зовут госпожа Эйнд. Я управляю всей прислугой в доме, — чуть гнусаво говорит она. — Ты тоже подчиняешься мне. Я надеюсь, ты это запомнишь, и мне не придется напоминать.
Эйнд бросает взгляд на поднос с пустой тарелкой.
— И это с собой забери, на кухню сама отнесешь.
Я следую за ее прямой спиной по винтовой лестнице башни, потом по извилистым коридорам и светлым галереям, пока мы не выходим в богатую часть замка и не упираемся в высокую деревянную дверь.
Госпожа Эйнд толкает дверь, та легко и тихо распахивается, открывая нам большую, залитую солнцем гостиную с диванчиками с атласной обивкой, расположенными полукругом, и с небольшим кофейным столиком между ними.
Из гостиной ведут две двери, к одной из которых и подходим мы.
— Господин распорядился разместить тебя здесь, чтобы ты всегда была… доступна, — она снова смеряет меня с ног до головы оценивающим взглядом.
— Вторая дверь — это его покои.
Замечательно. Вот, значит, как обо мне будут судить…
— Я не… Я всего лишь помощница, — почему-то решаю оправдаться я.
— Не мне судить о решениях господина, — обрывает госпожа Эйнд. — Тебе принесут сменную одежду и обувь.
Она открывает дверь, и я оказываюсь в богатых покоях. Большая кровать с бархатным балдахином, туалетный столик, мягкий диванчик в углу перед камином и огромные окна, создающие ощущение воздушности.
