Для чего? От чего она бежит?
Пока везу ее до своего замка, прижимаю к себе, чувствую ее аромат, который заставляет сходить с ума, и разрываюсь между желанием поселить в своих покоях и бросить в темницу. Западная башня кажется лучшим вариантом. Близко ко мне и практически невозможно сбежать.
Затаскиваю Тиоллу в комнату под самой крышей. Собираюсь просто оставить ее тут, чтобы потом, на трезвую голову решать, что с ней делать. Но ее близость оказывается сильнее, одурманивает."
"Подхожу к ней, рассматриваю ее в полумраке светового шара, продрогшую, напуганную, всю в грязи и сосновых иголках, и испытываю невыносимое желание защитить и утешить.
Отчаяние, плещущееся в ее синих, как морская даль, глазах просто разрывает душу, скребет по ней ножом. Готов простить тут же, на месте, без выяснения причин.
— Отпусти нас! — еле-еле говорит Тиолла, вглядываясь в мое лицо.
Ну уж нет.
“Моя”, — вторит мне дракон.
Я понятия не имею, что она задумала, но я не намерен отпускать ее. По крайней мере, пока все не выясню.
А до этого момента она моя.
Тиолу трясет, но она упорно стоит на ногах, де еще умудряется держать ребенка.
— За что ты со мной так? — смело вскинув подбородок, спрашивает она.
Накатывает ярость. Она еще смеет спрашивать за что? Она действительно считает, что то, что она устроила, легко забывается?
Тиолла начинает оседать на пол. Все же ее маленькое, хрупкое тело оказывается не всесильным. Ловлю ее вместе с ребенком, который тихо посапывает на ее руках.
Демоны! Какого горгульего зада творит эта отчаянная?
Прижимая к себе, чувствуя трепетное биение сердца Тиоллы, переношу ее на кровать и аккуратно укладываю ее на подушки, но ребенка оставляю у себя на руках.
По виду ему чуть больше года. Значит, он немногим младше племянника. Малыш светловолосый и слегка курносый, как его мать, видимо, тоже измотанный дорогой и эмоциями, чуть-чуть возится, прижимаясь крепче ко мне и цепляясь за мою мокрую от дождя рубашку.
Бросаю взгляд на Тиоллу и решаю забрать ребенка с собой. Покажу лекарю, чтобы убедиться, что он не простыл под ливнем и отдам своей няне, зато буду уверен, что с ребенком все будет хорошо.
Тиолла слишком вымотана, чтобы заботиться и о себе, и о сыне.
Оставляю ее в комнате под стражей, не обращая внимания на крики и требования. Она должна понять, что в моем замке все до единого подчиняются мне. И она теперь тоже.
— Николас! Стой! — доносится мне в спину. — Верни его! Верни мне Риана!
Значит, Риан. Вот мы и познакомились.
