— Ты и не рассчитал, идиот, — рычит старик. — Он смог уползти. Ищи теперь его.
Сиплый цыкает и тоже зажигает огонек. Он отходит в дальний угол, освещая очаг и развешанную на стене утварь, а старик направляется ко мне. Задерживаю дыхание и направляю воздушный поток так, чтобы показалось, что кто-то выскользнул за дверь, и захлопываю дверь.
Плохо — магии тратится много. Хорошо — оба оборотня реагируют мгновенно и, вышибая дверь, кидаются наружу.
Дракон потихоньку приходит в себя, уже осознанно начинает мыслить.
Но чем сильнее он становится, тем предчувствие относительно Ти навязчивей. Это уже не просто мысли, это уверенность, что она в беде, что ей плохо."
"Пригнувшись, перемещаюсь в другой конец домика, где видел что-то, похожее на нож на стене. Умудряюсь подцепить его плечом, он падает на столешницу, откуда я уже беру его. Небольшое вливание магии в него, и он рассекает мои путы.
Боль в освобожденных конечностях такая, что на мгновение темнеет в глазах, но все быстро проходит. Разминаю пальцы, кисти и, проверив, что никто не следит, уже по-настоящему выскальзываю из домика.
В воздухе, кроме запаха дыма и жженой смолы, отчетливо висит другой тошнотворный запах — разложившейся плоти. Где-то на горизонте едва-едва начинает светлеть небо. Значит, на самом деле прошло не так много времени, и это вселяет надежду,
За домиком некому следить, потому что, похоже, кроме тех двоих, тут нет больше ни одной живой души. Но от этого совсем не легче.
Картина, которая предстает перед моими глазами, поражает: рядом с костром на земле начерчены два круга, один в другом.
В пространстве между линиями свалены трупы разной степени давности, а в центре, среди начерченных на сухой земле углем символов, лежит кристалл.
Он светится бело-голубым светом, что напоминает мне о свечении Сердца Креолинии, но по его поверхности, словно трещины, расходятся черные линии.
Свет пульсирует, а от него тонкими потоками растекается серое свечение к каждому из мертвых тел. Рассматриваю все это, пытаясь понять, где сердцевина и что за магия вообще в этом заключена.
Когда я приближаюсь, запах становится настолько сильным, что щиплет в глазах и выступают слезы. Прикрываю нос локтем, всматриваюсь в кристалл и боковым зрением замечаю, как одно из тел, наверное, наиболее свежее среди присутствующих, начинает шевелиться.
Так вот, как они это делают!
Глава 46. Николас. Вызов
Один за одним мертвые начинают подниматься, превращаясь из трупов в ходячую нежить.
