Да, я знаю, что ему никогда не нравилось мое хобби, но все время до этого он закрывал на него глаза, говоря, что чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало."
"Сам же Марат имел несколько фирм по поставке компьютерной техники и деталей на внутренний рынок страны. Работа у него была серьезная и хорошо оплачиваемая. Да, благодаря ему мы ни в чем не нуждались, но я хотела заниматься кондитерством потому, что мне это нравилось. И я не планировала прекращать это сейчас.
– В каком смысле? – переспрашиваю я.
– В прямом, Маша! Раз у нас будет ребенок, то ты должна все свое время уделять ему! Так что да, я запрещаю тебе заниматься своими пирожками! Это глупо! – выдает он равнодушно.
Я закусываю губу, не зная, что сказать.
– Ты не можешь мне запретить! – выдыхаю я, чувствуя слезы на глазах.
Довел, все же.
– Могу и делаю! Чтобы когда я вернулся, дома не было ни одной детали, указывающей, что ты когда-то пекла торты!
С этими словами он идет к машине, а я плетусь за ним.
– Садись, мне некогда!
– Я не поеду! – говорю я тихо.
– Что?!
– Я сказала, что не поеду! – уже громче выдыхаю я. – Хочу пройтись!
– Как хочешь! Если что, вызови такси! Костя проследит за тобой, пока ты гуляешь!
Он кивает своему охраннику и тот молча становится возле меня.
Снова контроль?
Марат уезжает, оставив меня бороться с подступающей истерикой, а я из-подо лба смотрю на охранника.
Надо как-то от него избавиться!
Ту же слышу звонок телефона и поднимаю трубку.
– Машка, привет! – звонок щебечет в трубке практически единственная подруга, которая у меня осталась.
– Чем занимаешься?
– Привет, Оля! Я вот хотела погулять… – кошусь на Костю, но тот совершенно не реагирует. – Но я с Костей, так что…
– О, не переживай! Сейчас мы это решим! Ты где?
Я называю Оле адрес, и она говорит мне что делать.
Улыбнувшись ее авантюризму, я поворачиваюсь к охраннику и обессиленно выдыхаю.
– Ой, что-то мне плохо! Принеси воды!
– Не положено! – чеканит тот без лишних эмоций.
– А если я здесь же потеряю сознание, это будет положено? Да Марат с тебя котлету сделает! – шиплю я.
Вижу в глазах парня сомнение и слышу вздох.
– Сейчас!
Он отходит к ларьку, а я тут же срываюсь с места. Несусь через сквер и прыгаю в отъезжающий от остановки автобус.
Я даже не смотрю на его номер. Мне это неважно. Главное – оторваться от Константина.
Тот видит, что я удираю и пробует догнать автобус, но даже его скорости не хватает, чтобы это сделать.
