- Я ни дня не был в разводе, о чем сразу сказал Полине, - рычит раздраженно, будто она вместе с нами в постели. Пристроилась третьей. - Но ей было плевать. Она даже не спорила, когда я звал ее Надей. Я тебя в ней видел, а потом… жесткое похмелье. И разочарование в себе. Я больше не встречался с Полиной и перестал бывать у родителей, хоть мама часто приглашала и обижалась на мои отказы. Оборвал все связи. Между нами ничего нет и никогда не будет, но я чувствую себя предателем.
- Не надо, - прошу то ли не укорять себя, то ли в целом прекратить разговор.
Меня выворачивает наизнанку, бросает и качает, как в десятибалльный шторм. Однако я не выбираюсь из объятий мужа. Наоборот, прижимаюсь к нему, держу за руку, лишь бы опять не отдать очередной блондинке из Богдановского инкубатора.
- Наденька, прости меня, - костяшками давит на подбородок, и я запрокидываю голову."
"От нашего зрительного контакта летят искры. Очная ставка. Глаза в глаза.
Обнажены душой, раскрыты друг перед другом. У нас может больше не быть такой ночи откровений. Сейчас или никогда.
- Я не прекращала любить тебя. Ни секунды. Постоянно вспоминала о тебе, и сына в твою честь назвала, - шокирую его неожиданным признанием. – Я сбежала, потому что… слабая. Испугалась, запуталась в себе, утонула в депрессии, а о тебе не подумала. Это я должна просить прощения.
Назар теряется на мгновение. Он наверняка готовился к худшему, собирался молча сносить укоры и обвинения.
Я же хочу попробовать начать все с чистого листа, вычеркнув минувший год из нашей жизни. Словно мы пролежали в анабиозе и только сейчас очнулись, продолжая путь.
- На-адь, - тихо зовет он, но дальше будто теряет дар речи. Любуется мной в полумраке, пальцами рисует невидимые узоры на щеках, нежно очерчивает линию губ и улыбается.
Тянусь к нему и, затаив дыхание, целую. Время будто замирает, в полной тишине слышен стук сердца.
Одного на двоих.
Тук… Назар углубляет поцелуй, терзает мой рот жадно и страстно, как голодный волк, буквально душит языком. Подстраиваюсь под его дикий темперамент, который внезапно вырвался из ледяной оболочки доктора. Мы оба растаяли и горим.
Тук-тук… Мужская ладонь ложится на горло, спускается к декольте, дергает ткань вниз и накрывает грудь. Инстинктивно прогибаюсь в пояснице, шумно выдыхая Назару в губы.
