— Не так, как тебя когда-то. Но надеюсь, она этого не узнает. — столбик пепла падает на пол, Ярослав не обращает внимания. — Зато она любит меня. Таким, какой я есть.
— Просто ей ты достался готовеньким, — хмыкаю я и поднимаюсь. — Такого легко любить.
И наконец дверь открывается. Выходит его жена. Я наконец понимаю, кого она мне напоминает — важную гусыню, что идет рядом со своим гусаком, гордо ведя за собой выводок гусят. И смотрит она на меня… ее взгляд говорит — о чем бы вы не шептались, что бы вас не связывало, этот мужчина мой.
Я снова хмыкаю.
— У него волосы влажные, — говорит она, но смотрит теперь на мужа. — Полчаса ничего не решают. Я думаю…
— Родишь своего и будешь думать, — грубо отрезаю я.
Я вижу, что за ее спиной возится, обуваясь Илюша. Смотрит на меня виновато. Волосы и правда влажные, понимаю я, но ждать здесь больше невыносимо. Наконец теплая ладонь сына в моей руке. Глажу пальцем, чувствую, как подушечки у него сморщились от воды. Улыбаюсь. Теперь все хорошо.
— Пойдем скорее, нас дядя Антон ждет.
Ухожу, не оборачиваясь, даже не думая о том, смотрят ли они мне вслед.
Глава 5. Ярослав
Антон? Антон, мать вашу? Дядя Антон? Неожиданный приступ ревности резанул по нервам, отдался почти физической болью. Я скрипнул зубами — терпение. Ты не имеешь права. Немного успокоился, но легче не стало. Вернулся в квартиру, схватил ключи от машины, куртку.
— Ты куда? — испуганно спросила Дашка.
— У него рюкзак в моей машине остался. Отдам."
"Колено щелкнуло и заболело так яростно, что я едва не выругался.
Я упал сегодня. Все падали — полоса препятствий была сделана от души. Не заметил даже в угаре неожиданного веселья, споткнулся и грохнулся прямо на больное колено. На некоторое время даже дышать перестал — такой силы была боль. Но… взял себя в руки. Пугать ребенка не хотелось. Пара принятых недавно таблеток чуть утихомирила колено, но сдаваться так просто оно не желало.
Я не жалел, что привез сюда Илью. Я хотел, чтобы он знал, как я живу.
Чтобы успел познакомиться со мной до того, как родится девочка. Жаль только, что все вышло так незапланированно. А все чертовы душевые. Одно длинное помещение, пахнущее влагой, хлоркой, полное сырого тепла и пара. Несколько человек. Раздевались до белья, складывали одежду в шкафчики и затем шли в кабинки. Я не стеснялся, нет. Это слишком… по детски. Но вспомнил, как выглядит моя нога. Бедро и колено исполосованное десятками кривых розовых рубцов.