— Здравствуй, Владимир Игоревич, — отвечаю в тон.
— Потеряли мы тебя.
Знаю, собирался лететь в Бельск еще во вторник. Но не решился, остановил страх, что Маша напишет, а меня в городе не будет. Не могу я так рисковать.
— Дела, знаешь ли…
— Дела? — смеется старик, — важнее завода, что ли?
— Важнее, — подтверждаю с уверенностью.
— Еще один завод покупаешь?
— Нет… — мешкаю пару секунд и добавляю, — семья.
Тот, крякнув, замолкает. Слышу тихий смешок, следом глубокий вздох.
— Жена?
— Жена.
— Ну… кхм… давай там, действуй…
— Спасибо, — благодарю искренне, — но от меня мало, что зависит, все карты у нее на руках.
— На руках, говоришь?.. Ах-ха!.. Если держит их в руках и играет, значит, не все потеряно!"
"Играет, да. А я трясусь как заяц каждый раз, опасаясь, что ей станет не интересно, и она выйдет из игры.
С каждым днем этот страх все сильнее. С нашей последней встречи уже две недели прошло, а Маша мне так и не написала. Читает мои ежедневные послания и принимает цветы, но ни разу ничего не написала.
— Надеюсь на это.
Обсудив помимо личных, некоторые рабочие моменты, мы разъединяемся.
Встав у окна, я пью кофе. Горячий напиток согревает, потому что на улице сегодня настоящая метель. Из окна моего офиса видны лишь очертания зданий в округе.
Машу просил не садится за руль. Прочитала, как обычно, не ответила и, наверняка, сделала по-своему.
Допив кофе, возвращаюсь к работе. Погружаюсь в дела до самого вечера, час уделяю новому проекту Глеба и Олега. Обещал помочь.
А когда в восемь собираюсь домой, звонит Васильев.
Мысленно чертыхнувшись, принимаю вызов.
— Валерий Геннадьевич?..
— Здравствуй, Руслан, — отзывается он, — не отвлекаю?
Отвлекаешь, бл*дь! После его юбилея никаких дел с ним не хочу. Какими бы выгодными они не были.
— Срочное что-то?
— Поздравить хотел! — восклицает Васильев, — с успехом твоим!
— Спасибо, — отвечаю сдержанно, потому что в искренность его не верится.
— И там, и там успеваешь… — ржет громко, — молодец!
— Стараюсь… ты чего хотел-то, Валерий Геннадич?
— Да! Я что звоню-то! — и тут понижает голос, — говорят, Майер под домашним арестом?
— Верно говорят.
— Да ты что?! — охает по-бабски, — что, правда, шпионила для Емельянова?
— Выходит, правда.
— Сука! Я так и знал, что она гнилая.
— Да? — усмехаюсь открыто.
— Слушай, Руслан, тут такое дело…
Интуитивно напрягаюсь. Выпрямляю спину и расправляю плечи.
— Какое?
— В общем, мне тут шепнули, что она компромат на тебя хотела склепать в Дубаи.
