"
"— Разве? — улыбнулся я, используя информацию, которую нашёл в бумагах. — А вот даты исследования земель говорят об обратном. Хотя на вашем месте нормально прикрывать нечистого на руку ставленника императора. Это же какой шум поднимется. Все, кто с ним работал… А он…
— Магинский! — оборвал меня мужик, и его шрам побелел.
— Что такое? — невинно положил папку на стол. — Я не лезу в политику, но эта тварь выпила у меня кучу крови, — сменил тон на более резкий. — Да и у моего отца и деда. Он хотел всё заграбастать себе.
И не нужно так на меня смотреть, городок маленький, все уже знают. А теперь вы его мёртвую жадную задницу прикрываете?
— Сейчас это неважно, — голос Жмелевского остался таким же ровным.
Хорошо… Провокация не сработала. Мне он нравится ещё больше.
— Для вас — да. Для меня — нет, — пожал плечами. — Теперь понятно, почему государь запереживал о гостях из других стран. Ещё бы, стоит джунгарам или монголам узнать, что у них под боком…
Внезапно огонь мгновенно заполнил весь зал.
Глаза мужика полыхнули алым. Отлично! Я нашёл слабое место.
— Магинский, следите за языком, — пламя исчезло так же быстро, как появилось, и голос ставленника снова стал спокойным.
— А что я не так сказал? — посмотрел на Сашеньку, наблюдая, как та замерла с конфетой у рта. — Что монарх переживает о своей стране и редких ресурсах, которые находятся на моей земле?
— Как понимаете, у вас нет выбора, Павел Александрович, — Жмелевский повернулся всем корпусом. — Слишком большое месторождение, у него статус стратегически важного.
— Тут вы ошибаетесь, выбор есть всегда, — я улыбнулся и поднялся, отмечая, как напряглась Саша. Её разноцветные глаза впивались в каждое моё движение. Вот кто действительно следит за обстановкой.
— Вы обязаны бросить все силы на добычу кристаллов для страны, — заявил мужик тоном, каким отдают приказы солдатам. — Император позволяет вам оставить три процента себе.
— Как щедро, — кивнул, чувствуя, что внутри поднимается волна раздражения. — Но я не должен или обязан, а имею право разрабатывать месторождения.
И только потом обязан сдавать их императору.
Интересно, насколько далеко он готов зайти? Самоуверенный генерал, привыкший, что его приказы тут же выполняют. Но я не солдат.
— О чём вы? — в голосе Жмелевского прозвучало искреннее удивление.
— О том, что я не хочу этим заниматься, — снова пожал плечами. — Долго, муторно, скучно. Мой род как-то больше по охоте, зельям. Вот такое мне интересно.
