А Сергей неплохо здесь развлекается в мое отсутствие.
Сажусь в машину, заезжаю колесом на тротуар, чертыхаюсь и, ударив по глазам, еду куда глаза глядят.
Когда понимаю, что достаточно попетляла по городу, останавливаюсь и откидываюсь на сиденье.
Измена мужа меня не трогает от слова совсем. Да, мерзко, но не более того. Он так хотел, чтобы мы поженились, а в итоге, наверное, сам не рад. И зачем мы тогда продолжаем мучиться в этом браке? Ответ мне известен с самого начала.
Телефон разрывается уже давно, но я его игнорирую.
Знаю, что это Сергей. А о чем мне с ним разговаривать? Все же достаю и смотрю на экран. Муж уже и тяжёлую артиллерию подключил. А может, мама так звонит. Лишний раз напомнить, чем мы обязаны Сергею.
– Слушаю, – ставлю звонок на громкую и кладу на соседнее сиденье.
– Лада, что у вас происходит? – в голосе мамы слышится беспокойство. – Сергей тебя найти не может. Он волнуется. Лада, что бы ни происходило, не забывай, что вы семья, у вас ребенок.
Как завуалированно прикрыта фраза «мы ему должны».
И мне об этом не дают забыть.
Да, для всех мы семья. Играем роли мы отменно – российский кинематограф потерял двух отличных актеров. Все видят лишь красочный фасад счастливой семейной жизни, но никто не видит, что внутри все прогнило и больше похоже на локацию для фильма ужасов.
– Мама, если ты закончила, то мне пора, – заношу палец над экраном, чтобы сбросить вызов.
– Лада, только не глупи, – очередное напоминание от мамы, и я наконец снова в тишине.
Еду в загородный дом, и, конечно, муж уже здесь. Он ещё что-то не сказал? Только вряд ли при обслуживающем персонале станет. Упорно игнорирую присутствие Сергея, улыбаюсь дочери, которая, поддерживаемая няней, неуверенно топает ко мне с серьезным выражением лица.
Устает, падает ко мне в руки, и я ее поднимаю, чтобы расцеловать. Мой лучик света в беспросветной тьме. Ничего, скоро мы избавимся от этого гнета, от этого дома и начнем жизнь с чистого листа. Я не допущу, чтобы и мой ребенок страдал от такой жизни.
Мы справимся, мы сильные.
Да, будет сложно, ведь Сергей просто так не отдает то, что принадлежит ему. И его больная одержимость… Нет, я решилась. Лучше всю жизнь в бегах, чем с ним под одной крышей. Мне двух лет вполне хватило.
– Лада, тебя что-то очень сильно обрадовало? – муж идёт за мной наверх, показав няне, чтобы та оставалась внизу.
Какой внимательный, однако. Нельзя показывать, что да, я очень рада, что скоро все закончится.
