В воздухе высокой нотой звенело напряжение, невысказанные слова бились в горле.
– У меня всего час, – выдохнула ему в губы блондинка, когда смогла говорить. В голове звенела весенняя капель, перед глазами плыли круги, тело стало пластилиновым, словно из него вытащили или расплавили все кости. Хорошо, что ладонь медведя лежала у нее на талии и не позволяла упасть, растечься лужицей.
– Ева, что же ты творишь?! – прорычал мужчина, крепко прижимая девушку к себе. – Да… обед… Сейчас я тебя отвезу… Сейчас…
Обед? Еда? Он слишком долго находился в режиме «самообслуживания», тело сходило с ума от близости любимой, от ее запаха, но… любовь любовью, а педиатра Еву требовалось накормить и вернуть на рабочее место в положенное время.
В ресторане, расположенном всего в нескольких кварталах от клиники, пару приняли по-королевски.
– Жень, а чего они так..? – дернулась блондинка, когда официант ушел, записав заказ. – В рот тебе смотрят, дышать громко боятся. Это случайно не твой ресторан?
– Нет, но ты близка к истине.
Хозяин этого заведения – мой давний приятель.
– Понятно…
Ему нравилось смотреть, как Ева обедала. Она ела с удовольствием, делала это красиво. В воображении мужчины возникла картинка: он, она, домик в лесу. Зима или поздняя осень. В камине весело потрескивают поленья, разбрасывая колючие искры, у двери дремлет Тайсон. За окном бушует непогода, а им тепло вдвоем. Они кормят друг друга с рук, облизывая пальцы, снимая с губ вкус красного вина, нежности и страсти.
Осень уже близко, а там и новый год.
Пора подумать о будущем…
– Улыбаешься, как довольный жизнью кот, – заметила Ева, подцепляя кусочек тунца. – Так и хочется за ушком почесать.
– Я не против.
Голос мужчины просел, глаза потемнели. Медведь протянул девушке открытую ладонь. Тонкие пальцы скользнули по четким линиям, коснулись запястья. Балу прикрыл глаза и задержал дыхание. Ева опомнилась, убрала руку. Она играла с огнем! Черт!
– Как сходила на танцы? Понравилось?
Невинная ласка показалась мужчине сладкой пыткой.
Балу аккуратно убрал руку, возвращая контроль над дыханием.
– Музыка понравилась, Хавьер тоже, – она поймала сердитый взгляд карих глаз и поспешила уточнить. – В том смысле, что он – замечательный танцор, а вот я – деревянная дура, – пожаловалась блондинка.
– Ев, ты о чем? Посмотри на себя! Ты гибкая, как лоза и легкая, как ветер. Ты просто создана для танцев!
– Ага, щас! Размечтался! Знаешь, что мне сказал Хавьер?
– М-м-м? Даже представить себе не могу.
