Ей необходимо было найти себе квартиру и помощника, с кем она могла бы работать. И она надеялась решить эти вопросы в ближайшем будущем.
Пока они обсуждали это, снизу позвонил швейцар, и Бланш бросилась к двери, лая и виляя хвостом. Это был Джим Элдрич, и Грейс сказала швейцару, чтобы он пригласил его подняться. Спустя минуту она уже открывала ему дверь, а Элен вышла из спальни, чтобы поздороваться с ним. Он был рад встрече с ней и тепло поприветствовал ее. Он уже знал от Грейс о том, что произошло, но ни словом не упомянул об этом.
На нем был красивый темно-синий костюм, такого же цвета галстук и отлично скроенная белая сорочка. Он был элегантным, ухоженным, и его белоснежные волосы были прекрасно подстрижены. Они были очень красивой парой. Грейс надела черный меховой жакет и взяла в руки маленькую черную замшевую сумочку. И на ней были новые туфли на высоком каблуке, поскольку вся ее старая обувь была испорчена во время наводнения.
– Ты выглядишь совсем как местная жительница, – пошутила Элен, и все рассмеялись.
Потом Грейс, оживленная, ушла под руку с Джимом, а Бланш с брошенным видом осталась стоять в прихожей.
– Мы остались одни, малышка, – сказала ей Элен.
А когда она направилась в свою спальню, маленький белый пушистый шарик последовал за ней и запрыгнул на ее кровать. Элен было приятно видеть Джима Элдрича рядом с матерью, и она надеялась, что Грейс будет продолжать принимать его знаки внимания и поедет с ним в Майами через шесть недель. Это была жизнь, очень отличная от той, которую ее мать вела в последние несколько лет.
Элен не могла припомнить, когда в последний раз видела нарядную Грейс, отправляющуюся на выход в воскресный вечер. Они внезапно поменялись ролями. Элен осталась дома, чувствуя себя старухой, а ее мать, шикарно одетая, ушла на свидание с поклонником.
А на следующий день Джим опять появился у них, чтобы пойти с Грейс на бранч. Он принес с собой кроссворд, и перед тем, как уйти, они полчаса бились над ним. Элен не знала, что мать так часто встречается с ним.
Грейс никогда не упоминала о нем, когда они разговаривали по телефону. Но Элен была счастлива за нее. Это добавило новое измерение к ее жизни. До сих пор она только работала день и ночь. Теперь в ее жизни был мужчина, а не только офис и собака. И сейчас, когда Элен перебралась в Нью-Йорк, она могла также больше времени проводить с дочерью.
Остаток дня Элен провела, распаковывая вещи и устраиваясь на новом месте.
