До сих пор я не занималась ничем, кроме урагана. Я только что нашла потрясающую меблированную квартиру для мамы. Она может переехать туда уже на следующей неделе. Так что я закончила с этим делом, и у нее теперь есть где жить в ближайшие шесть месяцев, пока она не отремонтирует свою квартиру.
– Она не в своем уме, если собирается вернуться туда, – с недовольством сказал Джордж.
– Согласна. Даже ее сосед продает квартиру и намеревается переехать в северную часть города. Я собираюсь попытаться переубедить ее, но она пока еще не готова сдаться.
Я лишь надеюсь, что со временем она одумается.
Последовало молчание, и Элен стало интересно, что он делает. Казалось, он думает о чем-то другом, а может быть, просматривает бумаги на своем столе. После долгой паузы Джордж, наконец, заговорил:
– Нам нужно будет поговорить, когда ты вернешься, – серьезно сказал он.
– О чем?
Она не представляла, о чем он хочет говорить с ней, и не хотела гадать.
– О многом, – вздохнул Джордж. – Четыре года безуспешных попыток завести ребенка вконец вымотали меня.
Я больше не могу так продолжать.
Элен несколько мгновений помолчала, потом решила быть честной с ним. Он говорил такое и раньше, но сейчас, казалось, был настроен вполне серьезно."
"– На прошлой неделе я была еще у одного врача. Он не сказал мне ничего утешительного и согласился с тем диагнозом, который в последний раз поставили лондонские врачи. Мои яйцеклетки слишком старые. Он сказал, что нам придется воспользоваться донорскими.
Что, как она прекрасно знала, они оба не хотели делать.
– Я больше так не могу, – прямо заявил Джордж.
На мгновение Элен возмутила несправедливость всего этого. Это ей, а не Джорджу приходилось делать инъекции гормонов и проходить через разные процедуры, в том числе ЭКО. Но он вместе с ней переживал из-за каждого теста, из-за каждого выкидыша, из-за каждого разочарования. И ему тоже пришлось нелегко.
– Мне очень жаль, что у нас ничего не вышло.
Ей хотелось спросить у него, по-прежнему ли он так настроен против усыновления или суррогатного материнства, но она не рискнула делать этого.
Он казался грустным, и было очевидно, что в ее отсутствие он много думал об этом. И он, казалось, пришел к окончательному решению, что огорчило ее. Весь это процесс слишком долго был огорчительным для них обоих.
– Мне тоже, – сказал он, явно расстроенный. – Это испортило всю нашу жизнь.
Элен не была с ним согласна. Она считала, что они на удивление легко пережили все это.
