Я же сконфуженно перевожу взгляд на тарелку, потому что замечаю на своих собственных губах взгляд Кира, который смотрит со слишком знакомым выражением желания на лице. Черт бы его побрал, ну сколько можно!? Он все еще умудряется выбить меня из колеи, даже спустя столько времени.
Я пропускаю мимо ушей разговор папы и Фимы, приходя в себя только когда приносят наш десерт. И как бы неловко мне не было оставаться наедине с Киром после, я должна поговорить с ним именно сегодня, потому что вряд ли мы еще встретимся в ближайшие дни.
Когда счет оплачен и все готовы уйти, я задерживаюсь рядом с ним на секунду, чтобы передать свою просьбу.
– Ты не мог бы зайти к нам после того, как отвезешь родителей? Есть разговор.
– Конечно, – удивленно приподнимает он брови.
Мы прощаемся и расходимся, а дома я сразу укладываю Фиму спать, потому что пришло ее время ложиться и уставшая малышка сразу засыпает. Не переодеваясь, я сажусь на диван ждать Кира, уговаривая себя, что поступаю правильно. Если бы я поговорила с ним по телефону, то не смогла бы понять его реакцию.
А я почему-то не доверяю ему и хочу убедиться, что не ошибаюсь. Если он не поведет себя спокойно на мою новость о Володе, тогда уже можно беспокоиться, а пока… Мне лучше не накручивать себя подозрениями и плохими мыслями, но что-то не верится, что Кирилл вот так просто примет с распростертыми объятиями моего нового мужчину. Не после тех взглядов, которые он позволяет себе в мою сторону.
Бывший муж приезжает через десять минут и садится напротив меня в свое любимое кресло.
Я даже передвигать его не стала после его переезда, хотя раньше меня бесило то, под каким углом оно стоит. Надо бы сделать перестановку. Мне не нравится то, что даже спустя год все здесь остается так, как было при нем. Есть в этом что-то неправильное. Словно я жду его, хотя это не так.
– Почему ты такая напряженная? – шутливо спрашивает он. – Мне стоит бояться?
– Задумалась просто. Я позвала тебя, чтобы сообщить о своих планах. Мне кажется, ты должен это узнать заранее, потому что мне в аналогичной ситуации с тобой этого хотелось.
– Звучит загадочно, – улыбается он и мне почти плохо от этой улыбки, потому что в ней нет ничего, кроме радости. Ни насмешки, ни язвительности. Это та редкая его улыбка, которую я всегда любила и у Кира нет сейчас повода так улыбаться. Возможно, он просто счастлив из-за хорошо проведенного вечера с родителями, а я просто много на себя беру. Потому что любое другое объяснение выглядит неправдоподобно.
