Мы с Асей в итоге тупо молчим, оба сосредоточившись на своих тарелках и чужой болтовне.
– Мне понравился твой подарок, – через несколько минут напряженного молчания, говорит она, пока я размышляю, почему по телефону нам легче общаться, чем лицом к лицу и как мы вообще дошли до такого.
– Надеюсь, и ей понравится, – отвечаю я, потому что купил мини-кухню, хотя наша малышка как-то не проявляла до этого интереса к кулинарии.
– О, я уверена, – улыбается Ася, поднимая на меня взгляд и мне становится как-то не по себе, потому что я понимаю, что до этого она избегала прямо смотреть на меня.
– Ты сегодня нервная, что-то случилось?
– Да нет, – пожимает она плечами, невольно приковывая к ним мой взгляд.
Я ей этого никогда не говорил, но на ней сегодня одно из моих любимых платьев в ее гардеробе. Оно довольно простое на вид, из белой шерсти, но у него умопомрачительный вырез, открывающий плечи и ключицы, а также верхнюю часть груди в разумных пределах.
Я помню, как легко его было стянуть до талии, одним движением обнажая ее грудь, в которую я жадно зарывался лицом и…
Черт, только этого не хватало! Совсем не время сейчас предаваться воспоминаниям, потому что мое тело реагирует совершенно недвусмысленно, а дыхание учащается. Я понимаю, что открыто пялюсь, поэтому быстро отворачиваюсь, но судя по тому, как покраснела Ася, она уже догадалась о чем я думал.
– Надежда, вам нравится работать няней? – спешит она перевести внимание на сидящую перед собой няню Вари.
«Палишься» – приходит мне сообщение от Феда и я зло смотрю на него через стол, пока он язвительно усмехается. Не знаю, в чем его проблема, но он достал уже.
Дубов отворачивается, как ни в чем не бывало продолжая вслушиваться в разговор дяди Пети и Жеки, а я сижу, словно пришибленный, ожидая момента, когда мы уже встанем из-за стола и пойдем смотреть эти чертовы подарки.
* * *– Дядя Фея, спасибо! – визжит Фима, увидев его подарок.
Я бросаю на Феда убивающий взгляд, в очередной раз злорадствуя над тем, как его называет Фима. Все-таки, не зря я зову его Федей вслух, чего он очень не любит, потому что моя умная доченька решила, что Федя и правда звучит лучше, чем Фед, хоть она и не может правильно это выговорить.
– Да, Федя, спасибо тебе большое! – с сарказмом говорю я, злясь за этот живой подарок.
