В общем, так, как я мечтала!
* * *
День за днём, месяц за месяцем Райлан только одним своим присутствием раскрашивал мою жизнь яркими красками!
Мне казалось, что я попала в День Сурка. Только хороший, а не такой безнадёжный, как обычно демонстрируют сценаристы нашего кинематографа.
Да, мы старались не демонстрировать на людях своих отношений. И единение, как свершившийся факт венчального обряда, тоже оставили в тайне. На Уграсе никаких тату магия не высвечивала, так что для всех мы просто встречались, что было вполне нормальным.
Кевин и Эван вечно… как говорила моя бабушка – «придруживали» с кем-то. Что мешает нам с Райланом так же «дружить»? Так сказать, проявлять друг к другу симпатию? Моё ответ: н и ч е г о!
За месяц я втянулась в процесс работы эльда, успешно совмещая службу с учёбой, и даже удивлялась, почему преподаватели говорили, что это сложно? Что тут сложного? Ходи за принцами хвостиком, да гранит науки грызи в свободное от дежурства время.
Диктуют магистры лекции на совесть.
Рассказывают интересно, только и успевай запоминать, да записывать! А потом просто бери и зубри! Это только в школе учеба кажется карой Небесной. Думаю, потому, что есть куда более приятные вещи, например, общение со сверстниками. И это, действительно важно! Просто нужно знать всему меру.
Но если я выбивалась из сил, такое случалось в те дни, в расписании которых числились боевые искусства, Райлан лихо избавлял меня от усталости, вечером устраивая расслабляющий массаж.
Злобик нам не мешал. Дух иномирянина вообще ушёл с головой в артефакторику – в дело всей своей жизни. Конечно, кошачье тело сильно осложняло процесс творчества Грегори, но друг не сдавался, с интересом изучая способность тёмной материи к созидательным функциям защитных заклинаний, которые закольцовывал в драгоценные камни. Весь этот процесс выглядел интересно, но совсем для меня, ребёнка технического прогресса, не понятно.
После избрания нового старосты, которым стал Тиммиан Гарнер, мы с ребятами нашли общий язык, и больше меня никто не третировал.
Честно признаться, после того, как я стала оборачиваться без боли, и мой резерв увеличился почти вдвое, ко мне вообще стали по-другому относиться. И – нет, я говорю не о притворных улыбках. Как раз их мне хватало ещё тогда, когда я стала га’Халой. Я говорю о настоящем уважении. Оно пришло не сразу и только после того, как моя Фиона окрепла.
