– Как ты была лавочницей, им Верес, так ею и осталась! – выплюнула оскорбительно дрянь. – Не пойму, что Гефран в тебе нашёл?!
– Мы обе знаем, что… а вот что нашёл в тебе Азур… – усмешка коснулась моих губ. – Скоро узнаем.
– Ты не посмеешь! – зашипела целительница-декан, в один момент забывая о брезгливости и обеими руками хватаясь за решётки моей клетки.
Я с наслаждением расплылась в широкой улыбке.
– Конечно, посмею. Я тебя предупреждала? Предупреждала… Теперь не обессудь. Ты первой начала эту войну.
Золтану аж всю передёрнуло.
Целительница банально опустилась до угроз. Она попыталась высмеять мой намёк о скорой ответке. Даже императора приплела, заявив, что мне никто не поверит. Мол, слово какой-то лавочницы против слова племянницы императора ничего не стоит. Все решат, что я просто завидую распрекрасной очаровательной Сафер.
Я не спорила. Даже с каким-то наслаждением наблюдала за по сути женской истерикой, понимая одно – будь всё так, как говорит эта стерва, Сафер тут не стояла бы! Она заявилась, только потому что инстинктивно чувствует, что я легко могу устроить ей проблемы.
Вот так-то! Возможно, сейчас эта рыжая дрянь даже сожалеет о своём порыве. Подумай она тысячу раз, вряд ли бросилась бы сообщать обо мне Гефрану. Конечно, эта мысль основывается не на женской солидарности. Такой функции у Золтаны нет. Всё дело в том, что Гефрану не удалось меня забрать силой из академии! Это сбило Сафер с толку. Она не ожидала, что ей придётся пожинать плоды своей подлости. Она верила, что Лалеану в очередной раз сломают.
Только я не Лалеана! И время Золтане уже не повернуть вспять.
Итогом посещения карцера стала весьма оригинальная угроза.
Когда целительница поняла, что я «имела в виду» все её угрозы, Золтана вытащила из кармана плаща баночку с каким-то белым порошком и оскалилась:
– Если расскажешь Азуру, что я спала с Гефраном… – Сафер прищурилась, жаждая от меня хоть какой-нибудь реакции. В идеале – страха. – Да, моя помолвка будет безвозвратно разорвана, но… Не забывай, я тут работаю.
Соответственно, никуда не денусь! Академия – мой дом! Меня даже не расстроит тот факт, что одна из студенток вдруг отравится. – Золтана мило улыбнулась и тряхнула пузырёк, вываливая белый порошок на мой ужин! – Никто не увидит, как дрогнет моя рука над твоей тарелкой…
«Ну и дрянь!» – успела подумать я, прежде чем началось что-то совсем уж странное. И это «странное» не имело никакого отношения к реакции яда в наваристом бульоне!
Злобик выбрался из-под пледа.
