А теперь убирайтесь с глаз моих!
Закрыв за собой дверь, Танал не сразу смог восстановить дыхание. Сволочь. Ведь про нее никто не предупреждал? Так кто же виноват? А платить теперь должен я? За все? Да хоть провались, Инвиктад, я не буду отвечать один!
Не буду.
– Есть в порочности что-то притягательное, не находишь?
– Нет.
– В конце концов, чем испорченнее душа, тем слаще заслуженное возмездие.
– Если оно приходит.
– Есть центральная точка, я просто уверен. И точка, по моим вычислениям, критическая.
Допустим, не годится сама опора.
– По каким вычислениям?
– Ну, по тем, которые я поручил тебе, конечно. Где они?
– В моем списке дел."
"– А как ты вычисляешь, что из списка делать в первую очередь?
– Этих вычислений вы мне не поручали.
– Ловко. В любом случае, если он перестанет сучить ногами, мы сможем проверить мою гипотезу.
– Не перестанет, и я его понимаю. Вы пытаетесь уравновесить его на середине тела, но он устроен так, чтобы держать эту часть приподнятой, опираясь на все лапки.
– Это официальные данные? Тогда запиши.
– На чем? Воск с таблички мы съели на обед.
– То-то я корову готов проглотить и не поперхнусь… Гляди! Ага! Он сделал стойку! Идеальную стойку!
Оба нагнулись, чтобы рассмотреть Эзгару, насекомое с головами с двух концов. Ничего необычного – таких развелось в последнее время полным-полно; они заполнили какую-то тайную нишу в сложных хитросплетениях природы, нишу, бессчетные тысячелетия пустовавшую. Существо беспомощно дергало тонкими ломкими лапками.
– Вы его мучаете, – сказал Бугг. – И мучаете со всей порочностью, Тегол.
– Так только кажется.
– Да нет, так оно и есть.
– Ну ладно. – Тегол снял несчастное насекомое с опоры. Эзгара крутил головами. – В любом случае, – продолжил Тегол, разглядывая существо, – я говорил о другой порочности. Кстати, как движется строительство?
– Идет ко дну.
– Ты хвастаешься или публично объявляешь о нищете?
– Не осталось покупателей.
Звонкой монеты нет, а в кредит уже сам не желаю, особенно когда выясняется, что застройщик не может продать недвижимость. Так что я вынужден отказывать всем, даже себе.
– И когда все это произошло?
– Завтра.
– Ну конечно. Я всегда узнаю последним. Эзгара голодный, как думаешь?
– Он съел воска больше вас – куда, по-вашему, деваются отходы?
– Его или мои?
– Хозяин, я уже знаю, куда деваются ваши, – и если узнает Бири…
– Больше ни слова, Бугг.
