Сир Арис Окхарт пишет, что она очень подружилась с принцессой Арианной и что принц Тристан очарован ею. Я не в восторге от того, что дом Мартеллов получил заложницу, но без этого, видимо, нельзя было обойтись.
— У нас тоже будет заложник, — сказал Тирион. — Договор предусматривает также место в королевском совете — и если принц Доран, явившись занять его, не приведет с собой армию, он окажется в нашей власти.
— К сожалению, Мартелл потребует от нас не только места в совете. Ты обещал ему еще и возмездие.
— Я обещал ему справедливость.
— Называй как хочешь — все равно без крови не обойдется.
— Ну, этого добра всегда в избытке. В битве я скакал по колено в крови. — Тирион без стеснения перешел к сути дела. — Или Григор Клиган так дорог вам, что вы не в силах с ним расстаться?
— У сира Григора свое назначение, как и у его брата. Каждый лорд время от времени нуждается в хищных зверях… ты тоже, видимо, это усвоил, судя по сиру Бронну и твоим дикарям.
Тирион представил себе Тиметта с выжженным глазом, Шаггу с его топором, Челлу в ожерелье из высушенных ушей и, конечно, Бронна.
— В лесу зверей полным-полно, — заметил он, — и в городских переулках тоже.
— И то верно. Возможно, другие псы окажутся не хуже. Я подумаю над этим. Если у тебя все…
— То вас ждут важные письма. — Тирион встал на свои нестойкие ноги, зажмурился, перебарывая головокружение, и сделал шаг к двери. После он сожалел о том, что не сделал второго и третьего шага. Но он не сделал их, а обернулся и сказал: — Вы спрашивали, чего я хочу? Я скажу вам.
Я хочу то, что принадлежит мне по праву: Бобровый Утес.
Рот отца сжался в твердую линию.
— Наследие твоего брата?
— Рыцарям Королевской Гвардии запрещено жениться, иметь детей и владеть землей — вам это известно не хуже, чем мне. В тот день, когда Джейме надел белый плащ, он отказался от своих прав на Бобровый Утес, но вы так и не пожелали этого признать. А пора бы. Я хочу, чтобы вы перед всей страной провозгласили меня своим сыном и законным наследником.
На Тириона смотрели бледно-зеленые с золотыми искрами глаза, красивые и беспощадные.
— Бобровый Утес, — холодным мертвым голосом произнес лорд Тайвин, а затем: — Не бывать этому.
Слова повисли между ними, как отравленная сталь.
«Я знал ответ еще до того, как спросил, — думал Тирион. — Восемнадцать лет, как Джейме вступил в Королевскую Гвардию, а я ни разу не заговаривал об этом. Должно быть, я знал — знал с самого начала».
