Он закончил поглощение моей магии и наложил печать.
Двое остальных вплели толику своей силы в печать, завершив этим ритуал. Меня отпустили, но я упала на жёсткий пол без сил. В тот момент я совсем не знала, как жить дальше, и готова была остаться в храме без движения навечно. Тогда Асдер взял меня за подбородок, подняв голову, и сказал то, что я никогда не забуду.
— Такая жалкая и слабая. Ты никому не нужна, пока не нужна даже себе.
Ненавижу."
"В зале вспыхивает круг портала, и в нём появляется чуть сгорбленная по-старчески фигура.
Архимагистр Хорун, собственной персоной. Я чувствую, как всё тело напрягается от воспоминаний о запечатывании. И от того, как буквально сейчас почти забытый кошмар превращается в реальность.
— Асдер, а до утра это не терпело? — недовольно скрипит пришедший тёмный маг.
Архимагистр Хорун… выглядит таким же равнодушным. Но вдобавок ещё очень уставшим и невыспавшимся. Его рубашка застёгнута со смещением в одну пуговицу, а окладистая борода стянута сеточкой.
На голове тоже сеточка, из тех, что помогают не портить причёску во время сна. У мамы есть похожая, и она всегда забывает ей пользоваться.
Чувствую, как образ сурового тёмного мага рассыпается на глазах. Хорун похож на обычного дедушку, которого не вовремя подняли, а разбудить забыли.
— Не терпело, — цедит ректор, бросая на архмагистра хмурый взгляд.
А я радуюсь, что в этот раз его недовольство направлено не на меня.
Между мной и Хоруном возникает новый портал, и в нём новая фигура.
Увидев её, я вскрикиваю, закрываю глаза руками и пячусь. Магистр Риотен в трусах! Малознакомый (по крайней мере, не помню, чтобы нас представляли друг другу) молодой мужчина в нижнем белье и незамужняя девушка! Даром что мы сейчас в храме, обо мне же могут пойти страшно подумать какие слухи.
— О! Я только хотел возмутиться, что Асдер оторвал меня от важных и пикантных дел, — игриво говорит Риотен. — А он уже привёл компенсацию ущерба.
Что, булочка, развлечёмся, когда закончим дела в храме?
Э-это он мне?
Глава 4
Сквозь пальцы я всё же мельком смотрю на Риотена. Да. Он в трусах. Расстёгнутая рубашка и следы от помады на шее меня бы сильно насторожили, но не пугали бы так, как то, что натягивает ткань. Не выдерживаю и отворачиваюсь, случайно врезаюсь во что-то стоящее за спиной.
— Что вас так впечатлило, адептка Олте? — с раздражением говорит ректор.
