Показалось…
Я отскакиваю в сторону, и ректор громко произносит:
— Войдите, — а затем снова выплёвывает ругательство, потому что не снял защитную магию с двери.
Дверь открывается, и я собираюсь быстро выскользнуть, но мне преграждает путь помощник ректора:
— Мисс Олте, вы тоже тут? А я хотел сообщить вам кое-что.
— Сообщить? — переспрашиваю я, и сердце ухает в пятки.
Помощник ректора хорошие новости не сообщает. Это знают все. Если он пришел, то точно что-то случилось, и обязательно плохое. Я сжимаю кулаки, стараясь подготовиться к новости.
Только бы с моей семьей все было хорошо!
— Ваша матушка чувствует себя гораздо хуже, вам стоит отправиться домой, — чеканит помощник будничным тоном. — Будет лучше, если вы не будете медлить и сделаете это прямо сейчас.
Я оборачиваюсь и смотрю на ректора. Он быстро кивает, и через минуту я уже бегу по коридорам академии. Маме стало плохо, а я лишилась артефакта, а соответственно, и последней надежды на спасение."
"Домой я бегу со всех ног, так быстро, как только могу, не помню, как поднимаюсь на второй этаж.
Мама лежит на постели. Бледная, с темными кругами под глазами. Она кажется такой слабой и уставшей, что у меня сжимается сердце. Всегда, когда болеет близкий и любимый человек, хочется забрать его боль, жаль, что так нельзя.
— Мама, ты как? — я сажусь на край кровати и беру ее за руку. — Как ты себя чувствуешь? Мне сказали, что тебе стало хуже.
Рука мамы прохладная. Чувствую, что она даже не может сжать мои пальцы в ответ. Еле сдерживаюсь, чтобы не заплакать.
— Нормально, Асия, немного посплю и мне станет лучше. — Отвечает мама слабым голосом.
Я улыбаюсь матери, стараюсь делать вид, что верю, но мы обе понимаем, что лучше ей не будет.
Нужен целитель, причем хороший, одаренный. Нужен тот, кто сможет ее излечить. Обычные зелья и лекарство тут не помогут, нужна именно сильная, целительская магия.
Даже если я продам из дома всю мебель, которой осталось немного, то не смогу его оплатить. После смерти отца мы съехали из своего особняка, продав почти все имущество.
Требовалось оплатить долги и налоги. У нас остался только этот домик, в нем много лет никто не жил, и когда мы въехали в него, то выглядел он неприглядно. Из-за нехватки денег мы не смогли привести его в порядок до конца. Продать, чтобы купить жилье поменьше, тоже не можем. Тут и так почти нет места, и район, в котором находится дом, не самый лучший.
Даже если продадим его, то останемся на улице, и не факт, что хватит денег на лечение матери.
