Я ухмыляюсь, щеки болят, совершенно очарованная выражением жалкой печали на лице Питера Горовица — парень даже надел костюм на мои поминки в Марии Магдалине — вот почему я не вижу темного черного пятна, быстро приближающегося по коридору слева от меня.
О боже мой. Питер, Питер, Питер. Вот что ты получишь за то, что не пригласил меня на зимний бал… Ох!
От удара воздух вырывается из моих легких. Я делаю выпад, цепляясь пальцами за разреженный воздух, и заваливаюсь в сторону, пытаясь сомкнуть ладонь вокруг мобильного телефона.
Но уже слишком поздно. Устройство вылетает из моих рук и, вращаясь, падает... ударяется о полированный мраморный пол лестничной площадки с душераздирающим треском!
Мое бедро, вероятно, издало такой же нервирующий звук, когда я упала на пол, но мне плевать на мое чертово бедро. Мой телефон. Господи, если мой телефон сломан, то я в полной заднице.
— Впечатляет, малышка Эль, — раздается надо мной холодный голос.
С моей распростертой на земле точки обзора я смотрю вверх и вижу, что надо мной стоит Рэн.
Он не улыбается. Нет даже его самодовольной, высокомерной я-заставлю-тебя-влюбиться-в-меня улыбки. Нет. Сегодня его лицо словно высечено из гранита. Очень злая статуя. Его взгляд настолько ледяной и отстраненный, что у меня по спине пробегает холодок.
— Розовые в белый горошек. Не думал, что ты девушка хлопка, — говорит он, выгибая бровь, когда его взгляд скользит вниз по моему телу…
— О боже мой! — Моя юбка.
Смущение впивается в меня когтями, когда я дергаю клетчатую ткань своей юбки вниз, прикрывая свою задницу, которая еще секунду назад была выставлена на всеобщее обозрение. Конечно. Конечно же, сегодня утром я выбрала свое самое уродливое нижнее белье и, конечно же, врезалась именно в Рэна и показала ему свои безвкусные бабушкины труселя.
Просто чертовски... здорово. Серьезно. Просто отлично.
Верхняя губа Рэна вздергивается вверх; он смотрит с отвращением, когда переступает через меня.
Я получаю крупный план протектора его ботинка, в трех дюймах от моего носа, прежде чем закрываю глаза, съеденная заживо стыдом.
— Похоже, твой телефон только что списали, — ворчит Рэн. — Очень плохо. Ближайший ремонтный пункт находится не ближе пятидесяти миль отсюда. Надо было смотреть, куда идешь."
"Я кусаю внутреннюю сторону щеки, пока не чувствую вкус крови.
