Я покрасила волосы обратно в свой естественный цвет в спальне, только ненадолго нырнув в ванную, чтобы ополоснуть их, когда таймер на моем мобильном телефоне зазвонил. Снова стать брюнеткой — это все равно что вернуться домой. Я вернула себе ту малую часть себя, которая была у меня отнята. Таким образом, я тот человек, которым должна была быть все это время, а не та незнакомка, которую пытался создать мой отец.
— Да. Я тоже думаю, что темный цвет мне больше подходит. — Я отворачиваюсь от зеркала, забирая с кровати свое приглашение на вечеринку.
— Хочешь спуститься вместе со мной? — спрашивает Прес. — Мы опаздываем. Я велела остальным идти без нас.
— Конечно.
Итак, мы с Прес вместе спускаемся с холма на вечеринку в темноте. Движущаяся, грохочущая музыка, заливающая леса вокруг Бунт-Хауса, указывает на то, что торжество уже идет полным ходом к тому времени, когда мы достигаем поворота, ведущего к дому Рэна. Нет нужды стучать в парадную дверь, она уже зияет в ночи, как огромная беззубая пасть, ведущая прямо в преисподнюю.
Внутри радуги следуют за мной из комнаты в комнату, танцуя по всем стенам; кристаллы Сваровски на платье ловят и отражают свет, разбрасывая всплески цвета во всех направлениях, когда Прес тянет меня через переполненный вестибюль. Кажется, все студенты Вульф-Холла находятся здесь, одетые во все виды странных и замечательных костюмов. Я проклинаю себя за то, что так мала ростом, когда изо всех сил стараюсь видеть поверх голов людей. Я быстро прихожу к пониманию, что этого просто не произойдет, поэтому сосредотачиваюсь на том, чтобы убедиться, что на меня не наступят, когда люди прыгают вокруг, танцуя под ревущую музыку.
Я вижу Рашиду, сидящую у камина и разговаривающую с незнакомым мне парнем. Она хмурится, когда видит меня, щурится, потом наконец узнает и машет рукой, указывая на свои волосы, показывая мне большой палец."
"Я никогда раньше не была на кухне. Она, конечно, огромна, с гигантским мраморным островом в центре, переполненным бутылками ликера и мисками с едой.
Не та еда с чипсами и сальсой, которую можно было бы ожидать на большинстве домашних вечеринок. Нет, здесь крабовые пирожки и волованы, жареные яйца и причудливо выглядящие пирожные. Должно быть, это дело рук Дэшила. Я точно знаю, что Рэн не стал бы заказывать это дерьмо, и не думаю, что волованы — это почерк Пакса.
— Хочешь чего-нибудь выпить? Я пойду возьму пива, — кричит Прес через плечо.
Я вежливо киваю ей.
