Новый для меня, и важный для одного человека. И ответ будет адресован только ему. - Бросаю взгляд на Костю, убеждаюсь, что он на меня смотрит.
Руки трясутся, я поднимаю их на уровень груди, а ладони влажные, скользкие. Да, я репетировала много раз, но сейчас кажется, что напрасно. Пустая голова. Никогда в жизни так не волновалась. Глубокий вдох-выдох. И начинаю жестикулировать:
«Правильный ответ: надежда. Да? Что бы ни случилось, как бы страшно не было, мы во все глаза пялимся на источник страха, потому что до последнего верим, что ничего плохого не случится.
Если надежда не оправдывается, то приходит отчаяние. А отчаявшиеся люди не ходят по группам поддержки, верно?» - я зазубривала и репетировала перед зеркалом этот монолог ежедневно часами напролет. Кажется, пару раз ошиблась в буквах. Может быть, я переврала все от начала и до конца. Смотрю на Костю и говорю ему уже вслух: - Спасибо, что не дал мне потерять надежду и впасть в отчаяние, - а затем, не надеясь на успех, зачем-то добавляю: - И позволь мне помочь тебе.
Это абсолютно искренне.
В зале полная тишина, все смотрят то на меня, то на него. Едва не опрокинув стол, Костя поднимается с места и выходит, хлопнув дверью, а я, не зная, что делать, прикрываю глаза. Ничего не вышло.
Кто-то обнимает - это Татьяна Петровна. Добрая женщина провожает меня до последней парты и помогает усесться, чтобы опустить голову на ладони.
Вылетаю из кабинета первой. Татьяна Петровна просила дождаться, пока она ответит на важный звонок, но я не стану.
Все кончено. Сегодня же созвонюсь с Антоном Игоревичем, пусть найдет специалиста более квалифицированного.
Солнце слегка дезориентирует, заставляя сбавить шаг, чтобы дать глазам привыкнуть. Даже уйти не получается так быстро, как хотелось бы. Расстроившись, я в который раз проклинаю свое невезение. Бегом отсюда.
Но не успеваю сделать и шага с каменного крылечка, как меня решительно хватают за руку и останавливают. От неожиданности вздрагиваю и поднимаю глаза - передо мной никто иной, как Мистер молчаливое высокомерие.
Сюрприз. Я думала, он давно в «Q7», держит путь в свой уютный особняк, радуясь, что избавился от надоедливой мухи.
Костя кивает в сторону соседнего здания, и настойчиво тянет, принуждая следовать за ним. Подчиняюсь, ощущая частоту пульса. Раз ощущаю, значит, он зашкаливает. В голове кружат сотни вопросов, от волнения спотыкаюсь, крепче сжимая его ладонь, но Костя будто не замечает моей неуклюжести.
