Первые секунды всматриваешься в темноту и действительно ждешь, что выскочит какая-нибудь тварь из игры, щуришься, так как угадываешь на шторах или мебели знакомые по «Данте» силуэты.
А потом такая злоба берет, что ты - это всего лишь мальчик Костя, и какая-то тупая авария с электропроводкой не дает тебе быть тем, кем действительно хочется."
"Сидишь в несвежей одежде в кресле у компа, вокруг куча грязных кружек с остатками напитков, обертки от батончиков, банки от энергетиков. Окна заперты, забыл открыть на проветривание, начинаю понимать, что невыносимо душно.
На затекших ногах добираюсь до окна, открываю створки и несколько минут просто дышу, чтобы успокоиться. Глаза слезятся, невозможно сфокусировать взгляд на дальних предметах. Без зеркала знаю, что они красные и воспаленные.
Еще одна обычная ночь, такая, как сотни предыдущих. И ярость! Бешеная ярость, что там, в «Данте», продолжаются сражения, что ты там нужен, но обречен находиться в реальности, которую ненавидишь всем сердцем. Не потому, что плохая, а потому что она - не «Данте».
Все, что не «Данте» - не имеет значения. Нужно срочно вернуться обратно. Помню, что упустил момент, когда у меня начала расти борода, просто не помню, в каком возрасте. Не до этого было. Вообще плевать.
Реальная жизнь всегда недотягивала до виртуальной, оттого пробуждения с каждым разом происходили болезненнее.
Крепче обнимаю Малику. Мне нравится прижимать ее к себе, рядом с ней впервые после распада «Данте» я чувствую себя значимым. А еще мы с Элен похожи, нас обоих однажды лишили зоны комфорта, что в подростковом возрасте чревато большими проблемами, поэтому относимся к странностям друг друга снисходительно.
Иллюзия счастья почти осязаема. Девушка, которая мне действительно нравится, гладит меня пальчиками по груди и не собирается уходить, несмотря на то, что я не могу помочь ее сестре.
Что за сумасшедшие сутки! Когда я спал в последний раз?
Мой личный конец света отдыхает рядом. Одеяла нет, как и простыней, как и подушек. Испорчено было все - выносили, выгребали, выбрасывали.
Уцелел благодаря чехлу матрас, на котором мы и кувыркались полночи. Элька кричала - это я не хвастаюсь, а констатирую факт. Кричала, зная, что не услышу. Взять бы ее и увезти в какое-нибудь тайное место, чтобы оторваться по полной программе. Вырвать из кошмара, в котором маемся. Мы бы могли потратить годы на выяснение того, что доставляет ей удовольствие. Это не было бы скучным.
Я укрыл ее тем, что первое попалось под руку в темноте.
