И даже с учетом того, что Петр старался не влезать в европейскую свару, предпочитая сосредотачивать свои усилия в ином направлении, России это касалось самым непосредственным образом.
Уже тринадцать лет согласно субсидному договору с Англией Россия содержит в полной готовности на границе Лифляндии тридцатитысячный корпус и сорок шлюпов. На Балтике эти суда пришли на смену галерам и строятся в особом порядке, применительно к использованию в балтийских шхерах. Как результат, корабли имеют мелкую осадку и хорошо приспособлены для действия в мелководных проливах.
Благодаря же невысоким бортам вполне возможно использование весел.
Так вот, Россия содержит эти войска для защиты Ганновера, материковых владений короля Георга Второго. За это Англия ежегодно выплачивает субсидии в сто тысяч фунтов, что составляет четыреста пятьдесят тысяч рублей. Не бог весть какие деньги, если учесть то обстоятельство, что ежегодное содержание одного полка обходится в сорок тысяч.
Но, с другой стороны, есть возможность сэкономить на содержании одиннадцати полков.
Уже немало. А уж в условиях, когда Петр претворял в жизнь сразу несколько дорогостоящих проектов, и подавно. С началом же боевых действий, без учета означенной суммы, ежегодная выплата англичан должна была вырасти до пятисот тысяч фунтов, то есть до двух миллионов двухсот пятидесяти тысяч."
"А вот это уже куда как серьезнее. Тем более что Петр вовсе не собирался понапрасну лить кровь русского солдата. В конце концов, эти деньги платились за участие в войне, а не за победу в ней.
Тактика русских военачальников в турецкой кампании, стремившихся идти на сближение с противником кратчайшим путем и навязывавших ему генеральное сражение, одобрения в европейских кругах не нашла. Придерживаясь же общепринятой тактики постоянного маневрирования, можно было играть в шахматы чуть ли не вечность, неся при этом потери в приемлемых для мирного времени пределах.
С учетом мобильности русских полков это было не так уж сложно.
Пехота иноземных государств за день могла покрыть расстояние максимум в тридцать километров. Русские же полки преодолевали это расстояние едва ли не с легкостью. При необходимости их дневной переход мог составить даже пятьдесят километров (Россия уже пять лет как целенаправленно переходила на метрическую систему мер). Правда, в этом случае возникали кое-какие сомнения относительно боеспособности частей. Все же подобные переходы сильно выматывали.
