Книга Будет по-моему (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

И я хочу, чтобы он ко мне вернулся, но с каждым днем тишины эта вера умирала."

"Маленькую надежду давали его друзья, которых Макар просил за мной приглядеть. Андрей или Максут постоянно оказывались где-то поблизости, когда я выходила на переменах, но в аудитории они меня защитить не могли. Меленчук сегодня отрывался на мне всю пару, будто копил злость все то время, когда Славка за меня заступался. Мне казалось, он получает удовольствие, морально истязая меня у доски.

Когда Меленчук выстебывал меня и мою работу, многие отводили взгляд, кто-то зло поджимал губы, даже такая молчаливая поддержка грела душу, но один неприятный эпизод врезался в сознание, и никак не получалось выбросить эту картину из головы.

Однажды Меленчук довольно грубо сказал:

— Некоторые личности приходят сюда не знания получить, а найти богатого покровителя, забывая, что интерес к телу быстро пропадает, а помимо смазливой мордашки, нужно обзавестись еще хотя бы минимальным набором мозгов, — не сводя с меня пренебрежительного взгляда.

От его слов и тона я покраснела, это был даже не намек, это было прямое оскорбление. За спиной сжала до боли руки, чтобы только сдержаться. К глазам подступили слезы. Дело было не в этих грубых обвинениях, которые не имели ко мне никакого отношения, а в том, что последние три дня я была как оголенный комок нервов. Макар так и не ответил, он ни разу мне не написал. Я все свободное время сидела в интернете или на странице сайта нашего ВУЗа, где выкладывались самые свежие новости. Вчера вечером я увидела фото синхронисток, на заднем фоне стояли Демьян и Макар.

Потом страницы этих девушек я нашла в инстаграм, было выложено много снимков: в столовой, во время прогулок по вечернему городку, а вот они пьют соки в баре, вот они на тренировках – и почти везде я находила Макара рядом с блондинкой – Машей Рыбаньковой. Кайсынов на всех фотографиях серьезный, но это не успокаивает. На людях он почти всегда такой. Мне стыдно было, оттого что я полночи сидела за ноутбуком и пыталась собрать на нее хоть какую-то информацию. Она из спортивной школы Олимпийского резерва, но что мне эта информация давала? Ничего.

— Можете садиться, Алаева. Неуд, — откидывая пренебрежительно работу. В тот момент на лицах однокурсниках были злость, несогласие, но только на лице Марфы – злорадство и триумф. Она попыталась спрятать свои эмоции, когда поняла, что я все видела, но было поздно. Этот эпизод врезался в мою память. Я не хотела понимать, почему люди такие злые.