В них отражалось чудовище, не человек, и этим чудовищем был я. Да, я им реально был. Это изнанка жизни богатых хозяев этого города. У меня было два пути: стать царем зверей или остаться тушкой бородавочника. Я должен был стать главным в этом жестоком городе. Если хочешь быть царем, то будь им! Никаких сомнений, никакой слабости, ни капли жалости. Нарушение этих заповедей вело к гибели. Всегда есть кто-то сзади, готовый всадить пулю в лоб и выгрызть место вожака. Да, мы до сих пор недалеко ушли от животных. Звериный мир, звериные законы.
Только дома я становился человеком и мужчиной, который стремился к женщине и очагу, который она развела. И я пытался оградить жену от жестокой правды жизни, а вышло, что сам стал ее палачом. Неважно, что она сделала, важно, до чего я сам опустился в черной жажде мести. Ведь было табу — не обижать женщин. Не становиться, как мой отец…
— Святослав, можно тебя? — меня выхватил Мир. — Ты пустил кровь Самойлову?
— Я. Он очень близко подошел к черте.
Я его не убил.
За это спасибо исключительно моей жене. Так, чуть подправил внешность. Без мочки уха еще никто не умирал. Я умел отключать эмоции и действовать быстро — Ярина, убегая, даже не заметила, а Самойлов, хоть и мудак, но крик поднимать не стал: платочек приложил и покатился колбаской в свою Москву. Но мстить будет, уверен. Артур тоже из тех, кто не прощает.
— Нам сейчас не очень полезна война с Москвой. Пока мы не закончили с активами Савицких.
— Это война между нами, брат.
Мы с Артуром оба это понимали.
— Ты Ярину не видел? — снова осмотрелся.
— С Яной была недавно, — кивнул в сторону супруги.
— У вас как? Нормально? — сжал его плечо. Раз они вместе, может, вплывут на брачной лодке в общее будущее.
— Мы разъехались… На время, — ответил, кривясь. — Сегодня… Так надо было.
— Ясно, — проговорил и направился к ней. Яна — хорошая женщина и жена. Она родила брату сына и практически воспитывала его дочь с малого возраста. Она носила нашу фамилию, как и Рома. Яна наша, Нагорная, несмотря даже на возможный развод.
— Яна, — положил руку на середину спины, — Ярину не видела?"
"Мне не нравилось, что я не мог найти ее. Сегодня вечер пошел не по плану во всех отношениях. Кое-что мне очень даже понравилось, но в остальном — полный пиздец. Я за нее беспокоился. Она была абсолютно потеряна после оргазма. Моя маленькая Джульетта никогда не была фригидной, и я просто не верил, что такое возможно. Она чувственная и страстная.
