Пока одевалась слышала, как щeлкнул вскипевший чайник, и шеф там чем-то гремел. Иду туда, в надежде успеть что-нибудь съесть, не хочу целый день быть голодной.
Захожу на кухню, и вижу как Влад стоит у плиты, судя по запаху, жарит яичницу с беконом. Вид готовящего еду мужчины меня завораживает, широкие плечи, сильные руки, узкая талия и аппетитная попа. Мне нравится что я вижу.
Сегодня он одет в чёрные джинсы и обтягивающую серую футболку. Она подчёркивает его подкачанное тело. Мышцы на руках от движений перекатываются.
Мощь и сила, власть и деньги, вот что я вижу, смотря на него.
Шеф оборачивается и замечает меня.
— О, ты быстро. Думал все женщины долго собираются.
— Не знаю про всех, но я постаралась быстрее. Не люблю заставлять людей меня ждать, — мнусь в проходе, не решаясь войти в кухню.
— Хм, сегодня утром прям «доказала», — саркастически ухмыляясь, шеф кивает в сторону стола. — Присаживайся, завтраком тебя накормлю.
Блин, ну невозможный он совсем, поддел и тут же заботу проявил.
Мог бы и без издевки обойтись. Не могу понять этого человека, то готова послать его, то чувствую к нему благодарность. Эмоциональные качели какие-то.
Сажусь за стол, подтянув под себя ноги, вроде позы лотоса. Заправляю непослушную прядь волос за ухо и втягиваю аппетитный запах еды. Живот издает урчащие звуки, говоря, что готов к приёму пищи.
— Чай или кофе?
— Давайте я сама? — порываюсь встать.
— Сиди, буду за тобой ухаживать. Так чай или кофе?
— Кофе пожалуйста, с молоком.
— Ок.
— Я думала вы не умеете готовить.
— А что тут уметь, яйца пожарить может даже рукожоп, — пожимает плечами, выкладывая яичницу на тарелку, и ставит передо мной. — Давай ешь. Сейчас кофе нам сделаю и поговорим.
Ешь… Хоть бы вилку дал, ухаживает он.
— Руками как-то не хочется! — бунтарка во мне не унимается.
— Марин, хватит колючки выпускать, — подаёт мне вилку. — Как малолетка себя ведeшь, честное слово.
Беру вилку и насупившись утыкаюсь в тарелку. Сама не знаю, почему его цепляю.
Сама ситуация, что я его игрушка, меня напрягает. Я не знаю, как себя вести. Не могу я быть покорной для нелюбимого, а контракт говорит, что надо.
Умом понимаю, что никуда не деться, но девичье сердце бунтует против реалий жизни. Оно хочет по любви, по взаимности, а не по принуждению.
Я почти расправилась с едой, когда передо мной появляется чашка с ароматным кофе. Влад рядом ставит сахарницу, и садится напротив со своим кофе.
