Собирался кинуться на выродков, что пытались разрушить мою жизнь, но Хела преградила дорогу.
– Ты нужен Равене. С этими я сама справлюсь, – зашипела она, высвобождая магию, от которой даже у меня по коже побежали мурашки.
Не теряя времени, кинулся к любимой. Боль все не покидала ее тело, распространяясь по венам чернеющим ядом. Ее била мелкая дрожь, кожа стала настолько холодной, что на короткий момент показалось, что я опоздал. Широко распахнутые голубые глаза смотрели в одну точку невидящим взглядом.
Я мог разглядеть, как от боли на ее лице лопаются капилляры, и сходил с ума в отчаянии.
Боялся упустить даже секунду. Резко разорвав ее ночнушку, осмотрел изящное тело в попытке найти червоточину. Фрида воздействовала на нее, не отпуская даже сейчас.
За спиной слышались крики и ругань, трещала мебель. Но мне было все равно. Я спешил, в поисках цели.
Время шло на секунды. Я слышал как замедляется ее сердцебиение, а потом ощутил тепло. Оно исходило из Равены, такое знакомое, родное.
.. но не свойственное ей.
Черные жилы замедлили распространение, вспыхивая зеленью, и я узнал эту магию. Наш ребенок пытался защитить свою мать, как мог, останавливал яд.
Руки задрожали сильнее, но отбросив все эмоции, продолжил искать маленькое пятнышко, что мучило моих любимых.
И нашел его. За ухом Равены расположилась миниатюрная отметина, та самая, благодаря которой Фрида смогла ее найти, и сейчас продолжала мучить.
– Потерпи еще секунду, любимая.
Сейчас все закончится!
Приложив руку к инородному клейму, впитал в себя ядовитую магию, прекрасно зная, что мое тело без труда поглотит и уничтожит ее.
Стоило проклятой отметине покинуть тело моей девочки, как черные жилы стали растворяться, будто их никогда и не было, а Равена вдохнула глубже.
– Все закончилось! Все хорошо! – шептал я, укачивая ее в руках.
Не знаю, кому это было нужно больше. Я не мог отпустить свою малышку. Боль и тревога, наконец, стали отходить на задний план.
Она жива, наш малыш... Положив руку на плоский живот, прислушался к ощущениям и почувствовал легкую вибрацию зарождающейся магии моего сына.
– Локи... – дрожащим голосом, всхлипнула любимая.
Сильная, упрямая, отчаянная девушка была такой податливой в моих руках. Вопреки последним воспоминаниям, она не сопротивлялась, хватаясь за мою рубашку до белеющих костяшек, а я продолжал укачивать ее подобно ребенку.
