– И как это называется?
– Жареный картофель, – с тоской сообщил угадавший мои желания Форгин.
– Очень хорошо.
Я кивнул и, упав на свободный стул, придвинул сковородку ближе. Теперь и Форгин и птенец уставились злобно.
– Не понял, – я притворился безмятежным. – В чём проблема?
– В том, что это наш ужин, – осмелился вякнуть Харринтер. Слово «наш» он подчеркнул.
– Хороший ужин, – похвалил я. – А с командирами надо делиться. Добрый командир – служба в радость.
Тщедушный Харринтер досадливо скрипнул зубами.
Форгин тоже скис, но быстро опомнился:
– У нас же ещё есть! – воскликнул он, обращаясь к недокадету и пихая того в плечо. Парнишка от такой ласки чуть не слетел на пол. – Давай-ка! Приготовь!
Малёк осознал не сразу. Его лицо вытянулось, а Форгин ещё и подколол:
– Добро пожаловать в армию, сынок! - Бодрая улыбка и продолжение: – Давай, поторопись. Или ты хочешь обсудить приказ?
Харринтер хотел – он стал пунцовым, глаза опасно сузились. Но вместо обсуждения Эстас медленно отложил вилку, ещё более медленно встал и отправился готовить.
- Хм, а может в индивидуальном вкладе что-то и есть, - глядя ему в спину, философски заметил я.
Алиса
Картошки хватило на четыре сковороды, и это был ужас. К моменту, когда выключилась плита, я была красная и дико злая, а «командир» с «завхозом» жрали как не в себя.
Они даже не разговаривали – просто стучали вилками, и жевали со скоростью промышленной молотилки. Так, что я в итоге не выдержала:
– Для хорошего пищеварения прожёвывать пищу нужно медленно и тщательно.
– Угу, – дружно ответили мне.
Когда сковорода опустела, оба откинулись на спинки стульев, и… нет, рыгнул только Форгин. Мы успели познакомиться, и я кое-что выведала – Форгин работал в школе вовсе не завхозом, а отвечал за разъяснительно-политическую часть.
В том, что касается Рагара, он оказался не просто директором, а одним из лучших воинов королевства, а вдобавок младшим принцем. Третьим по счёту.
Тут, конечно, сразу вспомнился Ершов со своим «Горбунком», и сейчас, после всей этой изнурительной готовки, я уже не сомневалась, что младший сын умом не отличается.
Младший, как написал классик, и вовсе был дурак!
Они доели, и я попыталась свинтить с кухни.
- Эй, не так быстро! – остановил Форгин.
Притормозив, я с тоской покосилась на грязную сковородку – неужели заставят мыть?
Толстяк мысль угадал и отмахнулся:
- Посудой будет заниматься команда проигравших.
