И половину одеяла своей тушей придавил!
Уходить Янтарчик не собирался, но это, учитывая агрессивное поведение Рагара, радовало.
– Спокойной ночи, – пробормотала я.
– Угу, – дракон сладко зевнул, а через минуту захрапел не хуже, чем толпа кадетов, ночующих внизу.
Глава 24
Ночь выдалась нервная, и сон приснился подходящий. Привиделась Элис. Девушка была одета в мой брючный костюм, сидела за моим офисным столом, а рядом прохаживалась начальница отдела кадров – та самая, что так жаждала выставить одну сотрудницу за дверь.
– Так что, госпожа Арсеньева? – вещала кадровичка. – Что вы можете сказать по поводу вашей вопиющей некомпетентности? Я всё могу понять, но неспособность отправить е-мейл? – резкий разворот и совсем уж строгое: – Алиса, вы над нами издеваетесь?
Элис эр Харринтер, которая в самом деле была очень на меня похожа, ничего не ответила. Продолжила сидеть, словно замороженная, напоминая крепко зависший комп.
– Алиса, я с вами разговариваю! – рассердилась кадровичка.
Девушка не среагировала.
Она была опустошена, и мне стало очень бедняжку жаль. Потом вспомнилось в какую заварушку угодила я сама, и… жаль стало уже обеих. Бедные мы несчастные. За что нас так?
Сон быстро превратился в набор липких неприятных образов, и проснулась я с чувством тревоги. Вещим было видение или нет, я не знала. Подумав, крепко зажмурилась и выбросила всё это из головы.
За окном был уже день, Янтарчик в комнате отсутствовал, а меня никто не искал. Последнее, невзирая на клятву одного деспотичного принца, удивило.
Выбравшись из постели, приняв душ, перемотав грудь и выпив эликсир из фляжки, я оделась и спустилась в кухню. Совершенно пустую.
Огляделась и осознала, что понятия не имею с чего начать примирение с Рагаром. Более того, невзирая на все доводы рассудка, мне этого примирения не очень-то хочется. Точнее вообще не хочется. А раз так, то может и не надо? Может посвятить себя каким-нибудь другим делам?
Например, бисквит для Форгина испечь? Ведь Янтарчик – не единственный, кто меня вчера спасал…
Рагар
Строгий, идеально отглаженный костюм, бриллиантовая брошь на шейном платке и самая нейтральная из всех моих хищных улыбок.
Я был хорош и привлекателен! Образ портили только множественные царапины на носу и щеках.
Просто марш-бросок получился трудным. Ночь, темнота, влажные камни и кадеты, которые не слишком обрадовались внезапному приливу командирской прыти. Тот факт, что я сам, лично, бегу наравне со всеми, птенцов не впечатлил.
