Не рушь то, что мы создали с тобой, Имма.
Мы долго смотрели в глаза друг другу в безмолвном диалоге. Зачем произносить вслух то, что и так понятно. Антуан упрямо не хочет признавать свои чувства к жене, потому что у него накопилось много обид. А родная мать для девочек всегда лучше, чем не родная. Разве могу я разрушить чужое счастье ради своего собственного?
— Скажи мне о своей любви через месяц, Антуан. Я буду тебя ждать, — сказала я и ушла.
Забрав из вещей только самое необходимое и попугая Морока, который внезапно остался без вновь приобретенного дома.
Дар мне помогли перетянуть из ятаринового шара в магической академии. Как хорошо было снова почувствовать в себе магию, как будто без нее чего-то не хватало.
Я сняла комнату на постоялом дворе дядюшки Пончитто и тетушки Меморины. Магистратум лихорадило от последних новостей — возвращения воскресшей графини, нападения на нее Гаврилитты, моего ухода из семьи графа.
— Вы слышали, оказывается, бедную графиню держали в плену все это время из-за выкупа!
— Как?! А что ж так долго?! Неужели граф не хотел платить за нее выкуп?
— А зачем? Он хотел жениться на нашей Имме, графиня только мешалась.
— Но постойте, а разве граф с Иммой не познакомились здесь, в Магистратуме? А сюда он приехал уже вдовцом.
— Ох, вы хотите сказать, что граф уже заранее отделался от жены, чтобы искать новую?! Вот это дела!..
— Нет, я хотела сказать…
— Бебетта! Ты слышала?! Граф, оказывается, сам держал в плену жену, чтобы иметь возможность жениться на нашей Имме, с которой они были уже знакомы давно, еще в столице!
— Да ты что! А я-то думаю, чего она так долго у них задержалась… Как она могла справиться там, где ни одна до нее не справилась? А тут вон чего! Пойду расскажу Продэкте…
— Продэкта, ты слышала? Граф с Иммой хотели избавиться от графини! Но она спаслась и вернулась, чтобы отомстить.
Так рождаются слухи и домыслы в пересказе от одного человека к другому, обрастая все новыми подробностями.
Но я не обращала внимания. Какое мне дело до слухов, когда вся моя жизнь в который раз полетела в преисподнюю.
Профессор Бэконатти вернулся через три недели после появления Ракшаны. Мы встретились, он внимательно выслушал меня, задал несколько вопросов, но ничего сам не рассказал.
— Что вы узнали, профессор? — поинтересовалась я. — По сеансу связи вы хотели сказать что-то важное…
— Это уже не имеет значения, милая мэлл. Ракшана рассказала то, что мне удалось узнать о проклятии и Гаврилитте.
