— Разговор будет непростой, — вздохнула я.
Граф посерьезнел, отпустил меня. Я уселась в кресло напротив.
Рассказ мой занял долгое время. Потому что прерывался слезами, мне требовалось время прийти в себя и продолжить. И утешениями графа. Он целовал мое лицо, иссушая слезы, и костерил герцогов со всей пылкостью.
— Бедная Имма, как же можно было так с тобой поступить, — шептал он, утешая меня поцелуями и теплыми обволакивающими объятиями. — Жаль, что герцог умер. Я бы лично хотел с ним разобраться.
— Какая же ты стойкая и сильная девушка, Имма Лимманн, и как же сильно я тебя люблю… — сказал граф после того, как я закончила.
Я подняла на него взгляд. Сердце гулко забилось.
— Да, Имма, ты не ослышалась. Я не думал, что после жены смогу в кого-нибудь влюбиться. Но каждый день влюбляюсь в тебя все больше. Я просыпаюсь, думая о тебе, и засыпаю, думая о тебе. Одно твое имя заставляет сердце биться чаще.
— Я тоже люблю тебя, Антуан, — призналась я.
— Мы найдем источник твоей магии. И того, кто подставляет тебя.
Когда я был в столице, до меня дошел один очень интересный слух: из хранилища на протяжении какого-то времени воровали магические дары. Когда это обнаружили и пресекли, ятариновых шаров с хранящейся в них магией исчезло немало — около двенадцати, что ли. Точно мне неизвестно.
— И один из этих даров…
— Принимать чью-то внешность, — кивнул граф.
— Я поняла, что случилось в тот день, Антуан. Мне не давала покоя мысль, как Лерой мог отдать дар, который так дорого ему достался. Если бы он отдал его, то только мне.
И эта женщина, хотя кто знает, может, и мужчина, приняла бы мой облик, и он отдал ей дар, уверенный, что вернул его мне, законной обладательнице.
— Да, это логично, — согласился со мной граф.
— Но значит, что этот человек должен был знать нашу тайну. И единственный, кто мог выведать ее от Лероя, — это его жена. Ведь я один раз видела их издалека вместе — он выглядел очень влюбленным в нее. А любимому доверяешь все секреты.
Мы с графом перекинулись понимающими взглядами.
— И еще подслушивающая Ливия… Откуда у нее магия?
— У Ливии нет магии, это я тебе точно говорю.
— Но тогда что?
— Одержимость, я думаю. Кто-то подчинил ее своей магии и контролирует.
— А такое возможно?
— Да, темная магия Рамбутана.
— Опять Рамбутан. Жена Лероя была оттуда. Профессор Бэконатти считает так же, как и ты. А два самых светлых ума нашего королевства не могут ошибаться.
Граф тепло улыбнулся на комплимент, поднялся и поцеловал меня.
