Вчера, когда ставил свой черный машина, видел, что справа ваша стоит, а слева было пусто. Он поставил вплотную к вашей. Я думаю, специально.
– Почему?
– Так он раньше ставил свою машину там, где сейчас ваша стоит. Вот и поставил «Тойоту» близко, чтобы вам было тяжело выехать.
– Да? А где живет этот красавец? – недобро спросил Грачев.
– Э-э, какой красавец? Толстый, невысокий, на лице прыщ, но важный. И не живет он здесь, к женщине приезжает. Правда, почти каждый ночь.
– Квартира какая, Юлдаш?
– А?! Квартира? Сейчас скажу, второй этаж направо, это значит, первый подъезд, пятнадцать квартир…
Но Грачев уже сам все просчитал:
– Если второй этаж направо, то это квартира двадцать один.
– Да, двадцать один, точно, – кивнул узбек.
– Что собираешься делать, Андрей? – взяла мужа за руку Наима.
– Мы с тобой собрались ехать или ждать, пока очень важный человек встанет и соизволит убрать свой «гроб»?
– Но не пойдешь же ты на квартиру его женщины?
– Именно это я и собираюсь сделать.
– Но, Андрей, так нехорошо.
– А специально притирать чужую тачку хорошо?
– Нет, но…
– Кто-то мне говорил, что женщины не должны вмешиваться в дела мужчин, а? Не напомнишь кто?
– Я за тебя волнуюсь.
– Ты забыла, кто я? – рассмеялся Грачев. – Подожди здесь, я скоро вернусь, и мы поедем по магазинам. И даю слово, никакого насилия. Мужик уберет машину без лишних разговоров.
– Можно мне пойти с тобой?
– Нет. Пообщайся пока с дворником.
Грачев направился ко второму подъезду.
– Смелый у тебя муж, женщина, – заметил Юлдаш.
– Я много думал с того момента, как вы поселились здесь, как ты, мусульманка, вышла замуж за русского?
– По любви.
– И родители не были против?
– У меня нет родителей, они погибли.
– Извини.
– Не за что. А старший брат не был против. По-твоему, я поступила плохо?
– Нет. Но это такая редкость!
– Ты осуждаешь меня?
– Э-э, кто я такой, чтобы осуждать? Живи, если любишь.
– Ты, во-первых, человек, Юлдаш, и должен всегда помнить об этом.
– Я-то помню, а вот другие – нет. Но ладно, счастья тебе, женщина.
– Спасибо.
Дворник продолжал мести асфальт, но от Наимы не отходил. Ему было интересно, чем закончится назревающий конфликт.
Грачев поднялся на второй этаж, позвонил в дверь с правой стороны. В ответ тишина. Позвонил второй раз, третий. Наконец из прихожей раздался хриплый, сонный женский голос:
– Кого там еще принесло?
– Деда Мороза, – ответил Грачев, – откройте.
Дверь открылась.
