– Пойдем, дорогая, – взял проститутку под руку Гумар.
– До свидания, – сказала им вслед Наима и закрыла дверь. Она вспомнила вчерашнюю встречу с бандитами, те тоже были на дорогой машине. Не они ли сбили мальчика? Ведь рванули с места так, что колеса взвизгнули. Сволочи и есть сволочи. Наиме было очень жаль русского мальчика. Ей и в голову не могло прийти, что ее банально обманули.
Выйдя из подъезда, Мара спросила у Сапеева:
– Ты все узнал, что хотел?
– Даже больше. Обычно восточные женщины немногословны, эта же сука любопытной оказалась.
– Да, наговорила она много.
– А ты чего все слезы льешь? Работа закончена, уходим.
– Капли действуют. Надо было меньше капать.
– Валим, Мара, валим.
Дворник проводил подозрительную парочку, отметил, что следом за ними со двора вышел и мужчина, сидевший в беседке. Узбек посмотрел на окна квартиры Грачевых. Увидел Наиму. Та махнула ему рукой, и он улыбнулся. С ней все в порядке, но важного мужчину надо предупредить о подозрительных гостях. Приняв решение, дворник продолжил свою работу.
– Все, Мара, свободна! – сказал на улице Гумар.
– Куда я в таком виде пойду? Довези до вокзала.
– А что, вид у тебя нормальный. Сними платок, распусти волосы, и порядок.
– Да? А слезы? Тушь вот-вот потечет.
– Шайтан бы побрал твои капли. Ладно, довезем до вокзала. И смотри, о том, что была здесь, – забудь. Никому ни слова, поняла?"
"– Эту жалостливую вонючку ждут неприятности?
– Тебе какое до этого дело?
– Так менты будут искать, кто приходил к ней. Соседка же видела.
– Тебя никто не опознает. И бояться нечего, при условии, что сама не проболтаешься. А проболтаешься, то и менты не потребуются, Герман сам с тобой разберется. Его «быки» разделают тебя так, что мама родная в гробу не узнает.
– У меня нет мамы. И папы нет. И вообще никого нет. А болтать лишнее не в моих правилах, иначе уже давно гнила бы в какой-нибудь яме в подмосковном лесу.
– Вот видишь, все ты понимаешь. Давай к машине.
Они прошли к стоявшему у кафе внедорожнику. Вскоре к ним присоединился Талаев.
– Ну что? – с ходу, садясь на заднее сиденье, спросил он.
– Порядок. Об остальном позже. Везем Мару к вокзалу.
– Могла бы и сама добраться, тоже мне, принцесса.
– Помолчи, Довлет!
– А я думал, ты захочешь узнать, не пас ли кто вас во дворе?
– Позже, сказал, пока молчи.
Сапеев повел автомобиль к Кутузовскому проспекту. Высадив Мару у вокзала, он достал сотовый телефон.
– А вот теперь можно и Кабару позвонить.
– Да, Гумар?! – сразу ответил тот.
