– Ущелье смотрел?
– Пока провели разведку восточного направления на удалении в три километра от Тарбая. Все чисто.
– Западный завал?
– Под контролем.
– Значит, все тихо?
– Как на полигоне после учений. А вы где?
– Летим к печально известному каньону.
– Там вас ждет Редзай.
– В курсе. Вы сами прошли от каньона до Тарбая без приключений?
– Спокойно прошли.
– Спускались через проход от Хайрана?
– Так точно.
– Мы ориентировочно подойдем к нему в 3.00 – 3.30. Ты отправь к серпантинам встречающих. Бакира и пару бойцов.
Пусть посмотрят, не закрыли ли «духи» проход?
– Сделаю!
– Как отправишь группу встречи, сообщи, кто войдет в нее.
– Да я и сейчас могу доложить. К серпантину вместе с Бакиром пойдет Грач и Пахом. Старший – Грач.
– Кстати, как он?
– Нормально. После освобождения Наимы пришел в себя, правда, злой, как собака.
– То, что злой, это хорошо. Передай Грачу, что я свяжусь с ним на подъезде к ущелью, примерно за полчаса до выхода непосредственно к серпантину.
– Есть!
– У меня все! До встречи.
– Счастливого полета. До встречи.
Седов вернул трубку Лерою.
– У наших все в порядке? – спросил капитан.
– Пока да.
– Ну и хорошо.
– Понятно.
В 0.20 субботы, 28 сентября, «Ми-8» с группой Седова приземлился на плато близ каньона у селения Кайбак. Борттехник открыл дверь, выставил трап, бойцы группы покинули борт.
Командира отряда «Z» встречал Редзай.
Седов пожал руку афганскому разведчику:
– Здравствуй, Фархад, вот и встретились вновь. Хотелось бы в другой обстановке, но война диктует нам свои условия.
– Салам, Седой. Рад видеть тебя и твоих бойцов. С радостью узнал, что вы сумели отбить у шакалов Джемала Наиму, вот только не могу понять, как им удалось похитить ее из самой Москвы?
– А что Москва, Фархад? В столице, как, впрочем, и во всей России, международный терроризм пустил свои щупальца. А число подонков, желающих заработать на несчастье и крови мирных людей, увы, не уменьшилось. Напротив, их становится все больше.
– К сожалению, вы правы! – вздохнул Редзай.
– Нам бы спасти Асада с семьей.
– Спасем. Мы вновь здесь не для того, чтобы быть свидетелями казни.
– Верно! Мне сообщили, что ваша группа состоит из семи человек?
– Да.
– Тогда троим придется ехать в кузове. Но я там постелил матрасы и подушки. Особых неудобств не испытают.
– Это все ерунда. Я не вижу тех, кто должен охранять вертолет.
– Мне передали, что спецгруппа подойдет в 4 часа, и приказали не ждать ее.
