— Этого не нужно. В городе сейчас безопасно.
Оглядевшись, Юэн впервые заметил, что дома здесь сохранились намного лучше, чем в Карлайле и Глазго.
— Вас что, война не коснулась?
— Ну, я бы так не сказал… — ответил Альберт. — Просто она коснулась не зданий, а тех, кто в них жил.
— Это как? — не поняла Кейтлин.
— На город сбросили особую дрянь. Она тут многих извела, пока мы ее не приручили.
Мужчина замолчал, уставив взгляд в прошлое, а затем продолжил:
— Сначала не знали, как ее остановить, и чуть весь город не пожгли.
А потом… Есть тут у нас один толковый мужик. Он кое-что придумал, и с тех пор дела пошли на лад.
— Что-то не видно следов пожара, — сказал Юэн, глядя на стену.
— За стеной ничего не осталось.
— А внутри все уцелело? — с любопытством спросила Кейтлин.
— Да, первым делом мы перекрыли старый город, превратили его в остров. — Альберт откашлялся, потом нехотя продолжил: — Зараженные не могли встать на ноги, так что солдаты ходили по улицам и сжигали дома вместе с жителями.
— Какой ужас! — вырвалось у Кейтлин.
— Это война, барышня. Противоядия не было, а значит — не было и другого выхода.
— И все-таки вы выжили? — спросил Юэн.
— Да. Но лишь потому, что опечатываем каждое пустое здание, а все, что прется к нам снаружи, — уничтожаем.
Неприятный холодок скользнул по спине Юэна. Чтобы не подать вида, он непринужденно продолжил беседу:
— Много людей тут у вас живет?
— Несколько сотен. Часть домов мы забрали под теплицы, но в основном город пуст.
— Зачем тогда патрули?
Юэн пожалел, что задал этот вопрос: Альберт сразу помрачнел.
— Затем, что надо, — пробурчал он, бросив на чужака подозрительный взгляд.
— Извините. Просто странно, что так много людей не спит по ночам…
— А что нам остается? Цена свободы — вечная бдительность, такая вот фигня…
Они прошли мимо увенчанной высоким шпилем церкви и остановились перед линией двухэтажных домов со ставнями на окнах. Альберт открыл ключом одну из дверей.
— Здесь будете спать. Это пустые казармы. Не выходите, пока за вами не придут.
Вас тут никто не знает, а чужаков в Йорке не жалуют.
Юэн кивнул и вошел в дом вслед за Кейтлин.
Внутри пахло сыростью и запустением. Мебели не было, лишь матрасы, лежащие вдоль стен ровными рядами. В центральной комнате располагался кое-как сложенный камин, рядом — поленница, в которой лежали щепки, обломки мебели, куски покрашенных досок и несколько бревен. Кроме того, на первом этаже обнаружились еще три комнаты, включая ванную и кухню, такие же пустые.
