Дверь в «тренажерку» была слегка прикрыта и не скрывала источник тех самых звуков от моего распаленного любопытства.
А кому бы было не любопытно? Каин человек, конечно, сложный, но привлекательности его это не отменяет и то, что у нас фиктивный брак ведь совсем не означает, что мне нельзя одним глазком взглянуть на этого самого мужа, ради получения так называемого эстетического удовольствия.
Слегка толкнув дверь, обеспечив себе тем самым лучший обзор, протиснулась тихо в пространство между косяком и дверью, и зависла от открывшейся картины: лежа на горизонтальной скамье, мой теперь уже точно муж, выполнял жим лежа и, мамочки, у меня даже коленки подкосились, а дыхание и вовсе остановилось, потому что невозможно быть таким охренительно красивым и… Угораздило же меня пойти да взглянуть, а теперь стою как дурында какая-то и слюни пускаю.
А как тут не пускать? Как не пускать, когда перед глазами обнаженный торс, идеальный, мать его, торс, когда при каждом движении под загорелой кожей играючи перекатывается каждая мышца, когда, блин, даже пот по идеальному телу стекает, мать его, дважды идеально.
Да простит меня мамочка за обсценную лексику. Воздух вокруг стал пугающе тягучим, казалось, температура накалилась до предела.
— Долго будешь прятаться? — очередной лязг металла и вот штанга уже на стойке, а Каин сидит, вперив в меня буравящий взгляд. Разведчик из меня никакой. И пока я думала, насколько глупо будет выглядеть мой побег, потому что ничего лучше, чем бежать, отсюда сверкая пятками, мне в голову не пришло, мужчина нарушил мой единственный план.
— Подойди."
"— Я тут…эммм…в общем… — слова никак не хотели подбираться, русский как-то в миг стал неродным, а расстояние между нами продолжало сокращаться. Ну и чего ты так разнервничалась, можно подумать тебя на горяченьком застукали, подумаешь, подсмотрела, с кем не бывает?
— Ты тут что? — усмехнулся, совершенно мне не помогая, скорее закапывая еще глубже.
Ему явно льстила моя растерянность.
— Ничего, — собравшись, произнесла с твердым намерением выяснить, что же было вчера, — я проснулась не в своей комнате, — решить-то я решила, а вот говорить об этом было сложнее, чем могло показаться на первый взгляд.
— И? — он просто издевался.
— И я ничего не помню, — промямлила, заламывая пальцы, чтобы хоть немного отрезвить воспаленное сознание.
