– Там есть нечто большее, чем деньги, мой дорогой, – раздался звучный голос, словно сотрясший стены грота, голос, знакомый до боли, и в проеме показался дядя Виктор.
Ивашов знал, что этот человек встанет на его пути рано или поздно, знал, как только увидел часы и прочитал письмо. Все это было связано с большими деньгами, и адвокату стало понятно, кто убил его отца и Анфису. Тот, кто просил его отдать часы, как только он вступит в наследство. Тот, кто всегда находился рядом, кто следил за каждым его шагом. Тот, кто имел много денег и мог перекупить следователя.
А уж такую безделицу, как подсунуть улику…
Появление этого человека смутило Ивашова только по одной причине: он не понимал, как дядя Виктор мог так быстро оказаться у менгира. Мог, если только находился не в Южноморске. Мог, если давно знал, где находится сын его друга. Майор Прокопчук… Этот продажный следователь слил ему информацию.
Сергей сжал кулаки, а дядя Виктор в модном джинсовом костюме насмешливо наблюдал за ним. Утреннее солнце ударило ему в лицо, резко подчеркнув морщины, красноречиво говорившие о многих бессонных ночах.
Разве с нечистой совестью можно крепко спать?
– Ты похож на мать, дорогой! – воскликнул он, улыбаясь. – С ее лица я считывал информацию, как экстрасенсы с кусочка сахара. Да, дорогой, это все я. Я убил твоего отца и Анфису.
Эти слова больно ударили Ивашова, несмотря на то, что он все понял.
– И вы много лет притворялись другом отца и матери? – выдавил он, заметив, что его голос срывается от волнения. – Как можно так лицемерить? Как можно поднять руку на друга? У меня не укладывается в голове.
– Ничего личного, просто бизнес, – дядя Виктор сказал это так просто, так буднично, словно речь шла о покупке кухонной утвари. – Видишь ли, дорогой, твой отец тоже не был святым. Сколько бандитов вышло на свободу благодаря его сильным адвокатским речам! Если бы он был жив, вряд ли рассказал бы тебе, как подтасовывал улики.
– Во всяком случае, он никого не убил, – парировал Сергей, смахивая капли пота. Одна попала в глаз, и глаз защипало.
– Ну, это еще бабушка надвое сказала, – усмехнулся Кондаков. – Возможно, сам Олег и не стрелял, но его подзащитные пролили немало кровушки.
– Бандиты не уважают тех, кто предает товарищей, – буркнул Ивашов. – Значит, вы хуже их. Убить ради часов… Каких-то часов, пусть и Митьки-Китайчика.
– Не ради каких-то, – Виктор шагнул в отверстие, нагнувшись, и взял коробочку из холодных рук Сергея. – Олег написал тебе про деньги, ты спросил, где они.
