Первое, что исторгли авантюристы – грязная беспощадная ругань в адрес зеленокожих. Даже Орб хрипел что-то про проклятье семиминутных изменений. Убедившись, что все они живы, я продолжил осмотр местности, куда нас унес сложнейший телепортационный ритуал.
Поразительно…
Мы находились у высоченной серой стены, которая на вид представляла собой что-то вроде спрессованного серого тумана, что выпускал из себя робкие зыбкие язычки, которые тут же изворачивались и ныряли обратно. Казалось, что стена поедает сама себя.
И не возникало ни малейшего желания прикоснуться к этой… границе… что тянулась в стороны и вверх насколько хватало взгляда. Могу спорить, что эта «стеночка» и вниз уходит так же далеко. Поняв, что это на самом деле граница локации, я опустил глаза ниже."
"Из серой стены выдавалось скалистое возвышение, что походило на высунутый из тумана угол полуразрушенной и поросшей буйной растительной постройки. Древние руины. Две стены из массивных блоков, с забитыми землей проемами окон.
И одна дверь – та, через которую мы и попали на этот зеленый лужок. Дверь, что являлась ртом на огромном каменном лице с многочисленными трещинами и сколами. Лицо женское, гневное, отсюда и мое дежавю – показалось, что я снова в Храме Скорби.
– Святые погремушки богоданной сущности – просипел Храбр, выпрямляясь. Наткнувшись на мой изумленный взгляд, он смущенно замахал руками – Да это я от придавленного Орба услышал только что. Звучит просто…
– Ты сколько весишь, зеленый?! – с негодованием потомственного диетолога спросил Док у нависающего над ним громилы Бома.
Одной рукой небрежно уцепив лекаря за шкирку, Бом приподнял его до уровня своего лица и зло зарычал:
– Ваши жизни – у меня в мешке заплечном!
– Веский довод – вынужден был согласиться висящий мешком доктор – Уроните медицину обратно, пожалуйста. И помните – стресс вреден для полуорков. Они от него дичают и начинают убивать… ой…
Шлепнувшись в мирную зеленую траву, Док опять уселся и тут же закопошился в содержимом поясной сумке, спешно проводя инвентаризацию имущества.
Я, прислушиваясь и приглядываясь, занимался тем же самым. В поясной сумке всегда то, что должно быть под рукой – в моем случае это пузырьки с маной и десятки свернутых свитков с различными заклинаниями. На том же ремне висят три полностью заряженных магических жезла. Старая добрая классика – каменная шрапнель, огненный поток и ледяные осколки.
