За деревьями обнаружилась небольшая поляна, украшенная холмиком из мелких камней, парой широких высоких пней и морем разноцветных цветов. Ромашки, васильки, клевер, желтые тюльпаны – это то, что я сумел разглядеть в безумном разноцветье. Стоящие стеной деревья были стары и поднимались высоко. С некоторых свешивались лианы, а с одного почти до земли свисала веревочная лестница. На самом высоком пне посреди поляны сидела наша таинственная незнакомка и явно напрягая все свои силы, яростно дула в некий музыкальный инструмент похожий на флейту.
Именно эта штука издавала столь неприятные звуки…
– Эй… – крикнул я.
Ноль внимания, а по роще пронесся очередной убийственный звук:
– Уа-а-у-ауа-уа-и-и-и-и-и…
– Эй!
Мерзкая трель оборвалась. Резко повернувшись к нам, девушка замерла на миг и… радостно рассмеялись:
– Добро пожаловать, неудачники!
– Сама ты… – начал было я, но опомнившись, сменил тему – Ты чего творишь с этой дудкой?! У нас уши свернуло!"
"– Сама ее вырезала – в голосе девушки забулькал смех – Правда ужасно звучит?
– Правда!
– Подуть еще?
– Не надо!
– Я вырезала ее из сухой ветки падуба… смекаете?
– Нет…
– Дядюшка Акмэр… вы ведь уже познакомились с ним?
– Было дело.
– Он связан с падубами. Он слышит каждое слово и каждый звук, что раздается рядом с падубом живым или мертвым…
Приложив дудочку к губам, она снова подула из всех сил. Рощу накрыл долгий мерзкий звук, от которого, кажется, ежились даже деревья и пытались содрать с себя кору целиком.
– Прекрати!
– Вот! – убийственную дудку наставили на меня – Вам уже нехорошо.
А теперь представьте каково ему…
– Но зачем?! Это же запрещенные пытки! – возмутился Док – Бедный Акмэр…
– А чего он меня тут силой держит?! – вдруг завопила девушка и резко дернула левой ногой.
Воздух вокруг ее лодыжки вспыхнул и проявились очертания серебристой тонкой цепи, что тянулась по земле, исчезая в цветах.
– Видите?! Я по домашним арестом! Но ничего… три дня насильственной музыкальной терапии – и он меня отпускает погулять…
– Вот оно что – понял я, хотя на самом деле пока еще ничего толком и не уяснил – Та-а-ак…
– А потом я делаю чего-нибудь ну… не слишком хорошего и снова оказываюсь под арестом.
– Та-а-ак…
– Но в этот то раз за что?! – возмутилась девушка и с силой дунула в флейту, выдув из нее истошный визг, что, казалось, пробил дыру в моем мозгу.
Скривившись, я прикрыл уши ладонями – и не я один – и попросил:
– Прекрати, пожалуйста.
– А то что? – с вызовом поинтересовалась нехорошая незнакомка.
