Все небо закрыли тучи. Похоже, собирался дождь. По времени – еще рано темнеть, но сумерки сгущались стремительно. Как мысли в голове.
И он сразу сообразил, чем создавшаяся ситуация ему лично грозит. Понял, как подставила его Феня. Нечаянно, но отчаянно подставила. Стечение обстоятельств, конечно, но от этого не легче.
Стукач звонит Оленину. Сообщает, что некто по кличке Сохатый собирается убить Толстяка. Оленин знает одного Сохатого, который убивать умеет мастерски. За счет государства подготовленный убийца высокой квалификации.
У следователя мелькает мысль – не тот ли это Сохатый? Он звонит старому другу и напрашивается в гости. Приходит – и застает там безутешную вдову. Вывод напрашивается сам собой – Феня заказала Сохатому своего мужа. И теперь они составят прекрасную пару, которая поедет отдыхать на деньги убиенного куда-нибудь на Канарские острова. Романтическая и жестокая бытовуха.
Откуда знать следователю, что бывший его командир не убивает просто так. Он – работает.
Откуда знать следователю, что полгода назад его командир просто ехал по улице и остановился, увидев голосовавшую женщину.
Женщина была слегка пьяна и сильно возбуждена. Она безудержно ругалась на мужа.
– Куда вас доставить, моя хорошая? – со смехом спросил тогда Сохатый.
– Куда-нибудь переночевать. Домой я сегодня не пойду… Мне этот дом, наполненный дерьмом, опостылел…
– Так куда же?
– Переночевать. Я же сказала…
– Ко мне?
– К тебе…
И с тех пор она как-то плавно вошла в его жизнь. Не заполнив ее, не оторвав часть, а только эпизодически напоминая о себе посещениями.
Пару раз в месяц. Как правило, без предупреждения."
"И Дым Дымыч никогда не интересовался особо, кто ее муж, чем занимается. Даже не спрашивал, как его зовут. Ему было это безразлично.
Но откуда это знать следователю?
Следователь думает в соответствии с обстоятельствами, которые выстроились сами собой. Все логично. Из обстоятельств выстраивается версия.
Оленин наверняка так и подумал. И потому было столько сожаления в его взгляде, столько непонимания.
Или наоборот – понимания. Он понимает, что Сохатый и убийство – это две близко стоящие вещи. Он и сам – следователь – смог бы стать хорошим киллером.
– Слушай, Феня, – сказал Дым Дымыч не оборачиваясь. – Иди домой. Еще не поздно, иди, а то скоро стемнеет…
Он ожидал взрыва, резких слов со стороны этой распущенной женщины, но услышал, как она тихо встала и пошла к выходу. Наверное, в глубине души она относилась к нему совсем не так, как ему казалось.
