Только великолепное сочное тело…
В тот вечер они занимались любовью. Он был пьян не столько от вина, сколько от Анжелы. А сегодня он выпил двести граммов водки. И ни в одном глазу. И от Анжелы он не может опьянеть. Нет ее. Ее нет вообще…
Игорь наполнил до краев еще один стакан. И снова выпил. Но водка по-прежнему не пьянила. Он влил в себя последние сто граммов, когда появились люди в штатском.
— Вы хозяин квартиры? — спросил его мужчина в длиннополой кожаной куртке.
— Да нет. просто выпить зашел, — усмехнулся Игорь.
Он выпил целую бутылку. И лишь слегка захмелел. Вот что значит стресс.
— Вы звонили на «ноль-два»?
— Я.
— Я бы хотел взглянуть на ваши документы. Игорь достал свое удостоверение.
— РУБОП, майор Светлов…
— Капитан Бурьянов… Как вы здесь оказались, товарищ майор?
— Частный случай, — пожал плечами Игорь. — Эта женщина моя любовница… Надеюсь, вы не пройдетесь по моему моральному облику?
— Нет, за это не волнуйтесь, — понимающе улыбнулся Бурьянов. — Все мы человеки. Вы здесь ничего не трогали?
— Обижаете.
Четырнадцать лет на оперативной работе.
Капитан вернул Игорю удостоверение. Но отпускать не торопился. Оно и понятно. Нужно было дать кое-какие объяснения…
Часть вторая
Глава первая
Куски штукатурки рассыпались под ногами, превращались в прах. Точно так под тяжелым ботинком судьбы рассыпалась в прах жизнь Славика. Раньше он был человеком. Фельдшер медпункта механического завода, жена, квартира. Теперь он никто. Бомж, бич, бродяга, нищий — называй как хочешь, ничего от этого не изменится.
Хотя он упорно отказывается считать себя бомжом. Но факт — вещь упрямая. Ни дома, ни семьи, ни работы. Одна в жизни радость — подзаработать на бутылку и горбушку хлеба. И где-нибудь остановиться на ночлег.
Сегодня Славику повезло. Он нашел работу. И заработал первые сто рублей. А еще с ночлегом у него проблема решена. Ветхий дом, предназначенный под снос. Почти все жильцы уже разъехались. Остались их квартиры свободными. Гуляй, нищета!
Через месячишко-другой дом снесут.
Но пока в нем можно жить. Славик «снял» себе двухкомнатные хоромы. Там даже железная кровать осталась. И шкаф старый. Только кровать занята. Нет, не врагом. Но и не другом. Вообще непонятно кем.
Неделю назад рано утром он вышел из дому. В кармане объявление о приеме на работу. Нужно спешить — иначе кто-нибудь более прыткий займет вакансию. И Славик спешил. Даже невыносимая жажда опохмелиться не могла охладить его пыл.
Он торопился.
