– Мы… – шепчу, поворачиваясь на спину, и буквально моментально оказываюсь прижатой сильным мужским телом к матрасу, – опоздаем… – выдаю рваные то ли слова, то ли стоны между торопливыми и нетерпеливыми поцелуями, – на работу… – обнимаю своего любимого мужчину за шею и притягиваю к себе что есть сил, - тренировка... Леша… – слетает протяжный стон с губ, когда пальцы Рысева оказываются в заветном местечке и вместе с его языком, что терзает мой, его пальцы проникают внутрь, заставляя спину выгнуться, а нервы натянуться в ожидании.
Нам обоим от нетерпения срывает напрочь тормоза, и движения становятся неторопливей и смелее, а ласки откровенне. Мои пальцы с силой впиваются в мужские волосы, а его рука в моих шортах устраивает пытку своими движениями.
Мы горим.
Оба.
Так, что кажется, в утреннем сумраке, с задернутыми шторми, оба буквально полыхаем. Дорвавшиеся наконец-то друг до друга тела совершенно не хотят останавливаться, впитывая друг друга и наслаждаясь друг другом до самого конца.
Но… наше счастье обрывается на детском из соседней комнаты:
– Мулька, Лысь!
Ляся. Проснулась. И мы снова оба замираем.
На мгновение.
А потом, в приступе истерики начинаем оба тихо хохотать над тем, что видать, как говорится, не судьба. Снова. Ну, или опять – тут как посмотреть.
В общем, утро вторника было… эмоциональным, во всех смыслах. Опаляющим даже, я бы сказала.
Так же, как и день, который выдался насыщенным на работе и шебутным, уютным и таким семейным дома.
А вечером Ляся хитрой лисичкой заползла и уснула на нашей кровати, пока мы не видели, а Леша просто-напросто утопал все-таки спать в гостиную на диван. Заявив, что еще одна ночь бок о бок, и его просто разорвет. Ну,что ж… Пришлось смириться.
Правда, ненадолго.
И, проворочавшись до двух часов ночи на кровати с дочуркой, когда Алексия уже крепко спала, я сгребла свое покрывало и беспардонно заползла под бок к посмеивающемуся Рысеву, который, как оказалось, тоже не спал все эти три часа, лежа в гостиной и пялясь в потолок.
И только оказавшись в его сильных, надежных руках, я буквально за пару минут провалилась в сладкий сон.
Вообще, если раньше дни по-страшному летели, то сейчас, кажется, я просто сбиваюсь с их счета. А приближение отъезда Рысева все ближе и ближе, и страшнее становится с каждым днем все больше, хоть я и стараюсь этого не показывать.
Неделя. До начала тренировок и сезона чуть больше недели.
