– Ну чем, Рысев?! Что я, страшная, глупая, надоедливая или навязчивая?! Какая?! У нас все было прекрасно и в сексе, и вообще, так что тебе не хватало все эти пять лет, что мы встречались ""набегами"", а?
Смотрю на нее, и нет никакого желания отвечать. Убеждать, что нет же, проблема не в ней. Не в ее характере или мозгах. Не в ее внешности или ""талантах"". Проблема в том, что я любил, люблю и буду любить только одну женщину! Как бы они с Санчесом ни старались, и будь она хоть тысячи раз идеальной: женой, подругой, матерью, любовницей – мне нужна моя Лана! Та, с которой эти гребаные Бонни и Клайд пытались меня развести по разным сторонам, смешно самому, океана.
– Скажи, тебя вообще совесть не грызла все эти годы, а? – рычу, делая шаг к девушке. – Ты смотрела мне в глаза, и тебя совершенно не грызло чувство вины?
– Да почему я должна была себя виноватой-то чувствовать?
– Да потому, что, благодаря твоему говнюку-брату, я расстался с той, которую люблю. И ты ведь не просто так встретилась на моем пути в тот же вечер, в том же сраном клубе, Рита? – хватаю девушку за подбородок, не позволяя отвести взгляд.
– Ты знала, что мы поругались с Саней? Что он подстроил всю эту хуйню с моей изменой и журналюгами?! Знала?!"
"– Что?! – округляются в неверии глаза девушки. – Нет, Рысев, нет! О чем ты говоришь вообще? – да так искренне восклицает, что я даже зависаю, замирая, как истукан, и хмуря брови.
– Что?
– Я понятия не имею, о чем ты мне тут сейчас толкуешь! – вырывается из моих рук Ритка, отскакивая.
– Да, я знала, что ты будешь в том клубе, но только потому, что Саша позвонил и сказал мне об этом! Да, я положила на тебя глаз еще во время твоей игры за нашу хоккейную команду и не раз просила Сашу познакомить меня с тобой, но он все время отмахивался, мол, у него там любовь ""большая и светлая"", – изображает в воздухе кавычки Рита, – я понятия не имею, о какой измене и паппарациях ты мне толкуешь. Только так, мельком знаю, что ты со своей этой Ланой поругался, и вы разбежались, и то, потому что подруга сказала! – выдает мне в сердцах Рита, сжимая руки в кулаки.
– Так что я понятия не имею, в чем ты меня обвиняешь, Рысев! – ставит точку девушка, и мы замолкаем, упрямо пожирая друг друга глазами. Но не как бывшие любовники, а как два люто ненавидящих друг друга человека. Докатились.
– Ладно. Допустим, я тебе поверил, – говорю спустя время, разрывая тишину.
