Постаралась спрятать тень разочарования, но взгляд уже немного потух.
— Одна. Сейчас есть только ты. Надеюсь, так и будет дальше.
— Одна? Не верится… Ты не выглядишь, как мужчина, у которого есть всего одна девушка.
— И всё равно ты прыгнула в мои объятия. Так?
— Это сумасбродство, знаю.
Она пожала плечами и сказала с оправдывающимися интонациями:
— Я не привыкла к такому напору. Ты не оставил мне шанса на отступление.
— Значит, уже жалеешь, что мы переспали? — спросил намеренно грубовато.
Мне нравится, как её лицо вспыхивало в ответ самыми различными эмоциями в ответ.
Я не дал ей возможность разобраться в калейдоскопе оттенков чувств и пообещал:
— Ты моя. Точка. В этом доме ты будешь появляться очень и очень часто. Не уверен, что буду давать тебе высыпаться ночами.
— Как сегодня?
— Я только начал, Рин. Хочешь, я покажу тебе секс без проникновения?
Мы переместились в душ, схлёстываясь в поцелуях.
Один за другим. То ниже, то выше. Лёгкие и едва ощутимые или пробивающие насквозь похотью. Рин уже плавилась горячим воском, прижимаясь всем телом…
Этому безумию нет конца и края.
Мы закольцовывались в своём жарком микрокосмосе.
Впервые я понял, что меня перестало болтать беспокойной точкой и прибило к желанному берегу.
Я полон кипучей энергии и в то же время странно расслаблен, спокоен.
Рядом с ней я впервые за последние десять лет по-настоящему отдохнул душой. Меня не мутило беспокойством и не гнало прочь ощущением того, что что-то не успел или не сделал.
Родители погибли десять лет назад. Их смерть была трагической и нелепой. Родители находились в гостях, а в том доме рванул газопровод. После их смерти мы остались с Лёхой вдвоём. Лёхе, младшему брату, в то время было шестнадцать — маменькин музыкальный сыночек и любимый прохвост.
Мне едва исполнилось двадцать два. Я был всего на три года старше, чем Рин сейчас.
Я остался один на один с огромным бизнесом отца. Рядом появилось много доброжелателей и советчиков, мечтающих урвать кусок пожирнее.
Я едва не прошляпил всё. Но вовремя понял, что доверять можно только самому себе и исключительно в трезвом состоянии. Набил много шишек и только недавно восстановил всё утерянное по глупости, преумножив капитал.
Я сделал очень многое. Возможно, только с Лёхой немного не доглядел. Я должен был стать ему и папкой, и мамкой, и нянькой. Но я сутками носился и пытался вникнуть в суть проблем с бизнесом.
