И вообще, цель – это не главное…
– А что вы считаете главным?
– Главное – это чтобы человек был счастлив и чтобы по возможности его счастье делало счастливыми других…»
– Надо же, она встречалась с Пикассо, – пробормотала Надежда. – Надо будет порекомендовать Нине попробовать издать эти воспоминания, возможно, эти мемуары помогут историкам, но пока я не вижу ничего действительно важного, ничего такого, из-за чего стоило бы прятать эту тетрадку в тайник…
Она торопливо перевернула еще несколько страниц и снова погрузилась в чтение.
«…Последние дни Поль стал озабоченным и рассеянным. Кажется, его что-то беспокоит. Однако, когда я прямо спросила его о причинах беспокойства, он улыбнулся своей очаровательной детской улыбкой и проговорил:
– Все в порядке, малыш. Тебе кажется.
Улыбка сделала его прежним – милым и ласковым, и я подумала, что ошибаюсь, что он просто устал.
Однако сегодня он вернулся домой очень встревоженным, торопливо взбежал по лестнице, запер дверь на засов и долго не мог отдышаться.
На мои озабоченные вопросы он наконец проговорил усталым, измученным голосом:
– Они выследили меня.
– Они? Кто они? – переспросила я в испуге."
"– Помнишь, я рассказывал тебе о китайском мальчике? О том, который говорил, что видел своими глазами Прекрасную Императрицу Сяо Линь?
– Ну да, помню. – Я не понимала, какое отношение тот забавный рассказ имеет к нашим сегодняшним тревогам.
– Так вот, как ты понимаешь, я не поверил в его историю. А потом… потом мальчика убили, и перед смертью он передал мне одну вещь.
И попросил сохранить ее.
– Что это за вещь? – спросила я в недоумении.
– Браслет. Старинный золотой браслет. Мальчик сказал, что он называется Кольцо Змея и что этот браслет дала ему сама Прекрасная Императрица.
– До чего красивая история! – воскликнула я. – Слишком красивая, чтобы быть правдой.
– Мне тоже так казалось, – прошептал Поль, и в его глазах я увидела печаль и безнадежность.
– Казалось? Значит, сейчас твое мнение изменилось?
– Увы, да… тогда я не принял его слова всерьез, посчитал, что это – бред умирающего.
Но поскольку мальчик очень просил меня, а предсмертная просьба священна, я сохранил тот браслет, привез его во Францию… лучше бы я этого не делал!
– Да в чем же наконец дело?
– Они выследили меня. – Поль снова перешел на шепот. – Точнее, не меня, а браслет.
– Они? Кто такие эти они? – повторила я свой вопрос.
– Я не знаю. Только уже несколько дней меня преследует странный человек.
